Она наклонилась, чтобы обхватить его за плечи, коснувшись при этом грудью его лица. Пол Джозеф возбужденно выпрямился, оглядел церковь, которую построил для вероломной деревни, отрекшейся от него, схватил Зению за руку и повел наружу, в кусты. Он до смерти устал оттого, что все идет наперекосяк, хотя он все делает правильно.

Она выдохнула:

– Куда мы?

Пол не ответил. Он желал эту женщину – и он ее получит.

Раздвинув кусты, осторожно глядя себе под ноги, он двинулся к месту, которое уже посещал много раз, когда во время прежних визитов в Удугу желал уединения, – очень тихое, укромное место, где цвели экзотические цветы. Оно находилось достаточно далеко от деревни, и там их никто не потревожит.

Когда они добрались туда, на прогалине слышалась болтовня обезьянок, и птицы раскричались при неожиданном появлении людей.

Пол остановился и притянул Зению к себе.

Она не сопротивлялась. Он знал, что она тоже его хочет. Это было ясно по случившемуся в самолете.

– А что о нас подумает Лили, если узнает? – спросила Зения.

– Наверное, то же самое, что подумает Зак.

Дыша тяжело после ходьбы по бездорожью, женщина заглянула ему в глаза, сделала шаг назад, огляделась, расстегнула кнопки своей золотистой рубашки с короткими рукавами, приподняла лифчик и обнажила груди перед ним и джунглями. Удивительно большие, они имели маленькие, дерзкие, слегка выступающие коричневатые соски. Он нашел этот контраст опьяняющим.

– Ну, иди и возьми их, – сказала Зения.

И Пол Джозеф немедленно так и поступил, прижавшись губами к одной груди и положив руку на другую, а потом поменял местами руку и губы. Она приподняла ожерелье из раковин каури и замерла, глядя на его манипуляции и поцелуи. Потом взглянула на верхушки деревьев, снова опустила глаза и начала твердить:

– О господи, о господи!

Пот выступил на ее грудях в соленой жаре.

Пол Джозеф проник под ее длинную золотистую, плиссированную спереди юбку. Зения вздернула ее, чтобы одежда ему не мешала.

Вскоре она сказала:

– Покажи мне его, Пол. Покажи мне его.

Она всегда так говорила, и он пришел к заключению, что для нее это был своего рода фетишизм. Пол Джозеф расстегнул штаны и показал свою славу. Во всяком случае, так она это называла.

Она снова застыла и некоторое время просто смотрела. В конце концов Зения сказала:

– Я готова.

Он снял куртку и расстелил на земле. Она легла на нее, прислонившись к бревну, которое Пол давно сюда положил, словно предвидя такой случай. Согнув ноги, Зения приподняла их и широко раздвинула.

Пол Джозеф никогда еще не видел, чтобы женщина так себя вела. Сперва он нашел это странным, даже обескураживающим – что она так детально диктует его сексуальное поведение. Сперва ее груди, потом – под ее юбку, потом он должен был себя продемонстрировать, после чего она ложилась и предлагала себя именно таким, странным способом. Это было какое-то механическое распутство, но такое мощное, что с тех пор, как Зения впервые это проделала, он день и ночь предавался фантазиям о ней.

Самим актом тоже руководила Зения, и он оказывался впечатляюще эффектным для них обоих. Пол Джозеф нетерпеливо лег на нее и довел их обоих до кульминации. Обезьянки тараторили, а она закрыла рот и, чтобы ее не услышали, издала долгий молчаливый вопль глубоко в горле.

Пол Джозеф тоже гортанно застонал. Может, его церковь и была в долгах, может, у него и была пьяница-жена, может, его миссия и потерпела крах, но он занимался бурным сексом в африканских джунглях с Зенией Данлоп – с такой женщиной, какая, если бы Господь его не ненавидел, должна была бы принадлежать ему.

Они лежали, обнявшись, не замечая темнеющего неба, в котором внезапно разверзлись облака и промочили их до нитки, прежде чем они смогли встать. Пол вскочил, застегнул ширинку и погрозил кулаками небу, крича:

– Тут вроде бы царит засуха, проклятье! Засуха! Господи, почему ты посылаешь этот дождь? Гивн собирался копать тут колодец!

Зения стояла рядом, запрокинув лицо.

– Может, Киломо не придется теперь так далеко ходить за водой.

Пол Джозеф озадаченно вгляделся в ее лицо, по которому текли струи дождя. Глаза ее подозрительно расширились:

– Ты ведь не полагаешь… Ты не полагаешь?..

– Что? – спросил он.

– Ты ведь не полагаешь, что Бабу и тот мальчишка могут иметь отношение к…

– К чему?

Она вцепилась в его лацканы:

– К дождю, Пол! К дождю!

Не веря своим ушам, Пол Джозеф слушал, как Зения описала то, что видела – как левитировала деревенская женщина, как местный мальчик взлетел на крышу.

– Это из-за жары. У тебя были галлюцинации.

Он не сказал, что деревни в африканском буше когда-то были полны таких смехотворных слухов. Но дикий рассказ Зении привел Пола в чувство. Он вспомнил о встрече с Ватенде, назначенной на завтрашнее утро. Взяв Зению за руку, он повел ее обратно к деревне под проливным дождем. Может, еще не все потеряно.

Глава 23