Читаем Тайные раны полностью

— Спасибо. — Гейл плюхнулась на один из диванов и скорчила гримаску. — Начиналось все как хобби. А потом оно захватило всю нашу жизнь. Крупные корпорации выходят с нами на связь чуть ли не каждый день, желают нас купить. Но мы не хотим только лишь зарабатывать деньги. Мы хотим, чтобы главное внимание по-прежнему уделялось людям, воссоединению разных жизней. У нас некоторые пары встречаются после многих лет разлуки. Мы бываем на их свадьбах. У нас целая доска увешана фотографиями детей «Лучших дней». — Гейл улыбнулась. — Чувствую себя феей-крестной.

Стейси узнала эту фразу. Она уже читала ее в паре интервью, где Гейл рассказывала об их бизнесе и о том, как он влияет на жизнь людей.

— Но ведь не все так безоблачно? — осведомилась Стейси. — Я слышала, некоторые браки у вас распадались.

— Нельзя сделать омлет, не разбив яиц.

— Для вас это не самая лучшая реклама, правда?

Похоже, Гейл слегка сбили с толку эти вопросы: казалось, она недоумевает, почему беседа так быстро свернула с приятных тем.

— Ну да, — признала она. — Честно говоря, мы стараемся не говорить об этой стороне вопроса. — Она снова улыбнулась, на сей раз не столь уверенно. — По-моему, незачем об этом все время твердить.

— Пожалуй. И я убеждена, что меньше всего вы хотите быть замешанными в дело об убийстве, притом в дурном смысле, — изрекла Стейси.

Гейл словно получила пощечину:

— Убийство? Не может быть!

— Я расследую убийство Робби Бишопа.

— Он не из наших подписчиков, — резко ответила Гейл. — Я бы помнила.

— У нас есть основания считать, что в тот вечер, когда его отравили, он пил с одним из ваших клиентов. И возможно…

— Вы хотите сказать, один из наших подписчиков убил Робби Бишопа?

Гейл так и вжалась в спинку дивана, точно пытаясь как можно дальше отстраниться от Стейси.

— Пожалуйста, Гейл, просто выслушайте меня. — Стейси начинала терять терпение. — Мы считаем, что человек, с которым тогда выпивал Робби, мог что-то видеть, а возможно, Робби ему что-то рассказал. Мы должны найти этого человека. Мы думаем, что это член сообщества «Лучшие дни нашей жизни».

— Но почему?! — Теперь Гейл смотрела гневно. — Почему вы так решили?

— Потому что Робби сказал еще одному своему другу, что выпивает с кем-то из бывших одноклассников. И в кармане его брюк мы нашли листок с адресом вашего сайта.

— Но это не значит… — Гейл все качала головой, словно надеясь, что тем самым заставит Стейси исчезнуть.

— Мы бы хотели, чтобы вы отправили запросы всем своим подписчикам мужского пола, которые учились в Харристаунской школе в одно время с Робби. Выясните, не с ними ли он пил в четверг. А поскольку они могут начать волноваться и не захотят это признавать, мы хотим, чтобы они также прислали вам свои свежие фотографии и отчет обо всех своих передвижениях между десятью часами вечера четверга и четырьмя часами утра пятницы. Как по-вашему, сможете вы для нас это сделать?

Стейси снова улыбнулась. Хорошо, подумала она, что у нее нет детей: увидев эту улыбку, они бы в ужасе разревелись.

— Я не думаю. — Голос хозяйки угас. — Я имею в виду… Люди же не затем вступают в наше сообщество, правда?

Стейси пожала плечами:

— Мне кажется, люди откликнутся, если их попросить помочь. Робби был парень популярный. Я могу переслать вам письмо, которое мы хотели бы через вас распространить.

— Я не знаю… Мне нужно поговорить с Саймоном. Это мой муж.

Гейл наклонилась вперед, взяла с журнального столика мобильный.

Стейси с сожалением покачала головой:

— Дело в том, что мы не можем терять время. Либо мы договоримся по-хорошему, и вы, как и раньше, будете контролировать адреса вашей электронной почты и всю вашу систему, либо я получу ордер, мы вывезем ваши компьютеры, и я сама сделаю все, что нужно, чтобы откликнулись ваши подписчики. Получится не очень красиво, и я сомневаюсь, останется ли у вас что-то от вашего бизнеса после того, как в прессу просочатся сведения, что вы пытались воспрепятствовать расследованию убийства Робби Бишопа. — Стейси развела руками. — Но выбор за вами, знаете ли.

«Крис Девайн была бы мною довольна, — подумала она. — Надо же, как я запугала бедняжку».

Гейл с ненавистью глянула на нее.

— Я-то думала, вы из наших, — горько произнесла она.

— Вы не первая, кто допускает такую ошибку, — заметила Стейси. — А теперь давайте разошлем кое-какие письма.

Ванесса сняла очки и бросила их рядом с блокнотом.

— Думаю, теперь дело за нами, — произнесла она.

Полная женщина напротив нее уселась в кресло и откликнулась:

— Начнем.