Читаем Таинство девственности полностью

Под последним я понимаю положение родителей, которое он видел: вертикальное мужчины и звероподобное, на четвереньках – женщины. Мы уже слышали, что перед тем, как у него появились навязчивые страхи, сестра пугала его картинкой из сказок, на которой волк был изображен в вертикальном положении, с выдвинутой вперед задней лапой, протянутыми вперед передними лапами и навостренными ушами. Во время лечения он не пожалел трудов на поиски в антикварных магазинах, пока не отыскал книжку сказок из своего детства и не узнал пугавшую его картинку – иллюстрацию к сказке «Волк и семеро козлят». Он полагал, что положение волка могло ему напомнить положение отца во время «первичной сцены». Эта картинка, во всяком случае, стала исходным пунктом дальнейшего развития страха. Когда он на седьмом или восьмом году жизни однажды узнал, что завтра к нему придет новый учитель, он в ближайшую ночь увидел этого учителя во сне в виде льва, который с громким рыканьем приближался к его кровати в положении волка на той картинке, и опять проснулся от страха. Фобия, связанная с волком, была тогда уже преодолена, у него поэтому появилась возможность выбрать себе нового зверя как предмет страха, и в этом позднем сновидении он узнал в учителе заместителя отца. Каждый учитель в более поздние годы его детства играл ту же роль отца и приобретал влияние отца как в позитивном, так и в негативном смысле.

Судьба дала ему особенный повод освежить свою фобию волка в гимназическое время и сделать лежавшее в ее основе исходной точкой тяжелых комплексов. Учителя, преподававшего в его классе латынь, звали Вольф (волк). С самого начала он стал его бояться; однажды учитель его жестоко выбранил из-за глупой ошибки-оговорки, допущенной при переводе, и с тех пор он уже не мог освободиться от чувства парализующего страха перед этим учителем, страха, который вскоре перенесся на других учителей. Но и случай, при котором он ошибся в переводе, не был свободен от внутренних конфликтов. Он должен был перевести латинское слово «filius» (сын) и перевел его, употребив французское слово «fils» (сын) вместо соответствующего слова на родном языке. Волк все еще оставался отцом[98].

Первый преходящий симптом (passagere Symptom)[99], который появился у пациента во время лечения, относился еще к фобии волка и к сказке о семерых козлятах. В комнате, где происходили первые сеансы, находились большие стенные часы – против пациента, лежавшего отвернувшись от меня на диване. Я обратил внимание на то, что он время от времени поворачивался ко мне, смотрел на меня очень дружелюбно, как будто старался умилостивить меня, и затем переводил взор на часы. Я полагал тогда, что этим он выражает свое сильное желание поскорей закончить сеанс. Долгое время спустя пациент напомнил мне эту игру своей мимики и объяснил ее мне, рассказав, что самый молодой из семерых козлят спрятался в ящике стенных часов, между тем как шестеро остальных его братьев были съедены волком. Ему хотелось тогда сказать: «Будь добр со мной. Можно ли мне тебя не бояться? Ты меня не сожрешь? Может, мне спрятаться от тебя в ящике от часов, как тот самый молодой из козлят?»