Вначале Томпсон хотел было пройти мимо Строкера и шепнуть, чтобы он приходил сегодня ночью в 10 часов в пещеру, но тут же раздумал. Мелькнула мысль: почему же Гарри на свободе? Неужели ему удалось скрыться от преследователей, когда они застали его в гостинице? А может, его и не преследовали? Но не исключена возможность и ловушки: Гарри могли выпустить, чтобы выследить остальных, в частности его, Томпсона… Ну нет, его не так-то просто взять.

Лучше быть подальше от Строкера. Очевидно, он не рассказал о пещере, а то бы его, Томпсона, взяли еще вчера ночью. Впрочем, могло случиться и так, что Гарри выдал, но контрразведчики уже не застали его в пещере. Да, будет безопаснее не связываться больше с Гарри и держаться от него подальше. Даже если он н не предатель, то за ним наверняка следят — и он может навести на след остальных, совсем даже не желая этого…

И Томпсон прошел мимо велосипедиста, даже не посмотрев в его сторону. Гарри тоже не обратил внимания на прохожего — он не узнал в нем своего бывшего шефа.

Волк, идя по бульвару, постепенно ускорил шаги и направился домой. Встреча с Гарри вызвала у него опасения не только за себя, но и за Галину. Надо было как-то обезопасить ее от провала. Впрочем, с Галиной ничего не сделаешь, она все равно должна встречаться с Кургановым, и как ни прячь, ее могут легко обнаружить, следя за Юрием или просто справившись у него об Отроговой. Но за ней нет никаких улик. Пусть следят. Перед окошечком кассы проходят за вечер тысячи посетителей парка. Попробуй-ка установить, кто из них шпион!

Так думал Томпсон, встретив Гарри. А между тем Гарри, хотя и согласился помочь Сахарову поймать Томпсона, в действительности и не думал этого делать. Просто он решил, что запираться бесполезно, потому и сообщил на допросе имя своего шефа. Иначе пришлось бы хуже. А так он на свободе. Пусть следят за ним — начхать на это. Он и пальцем не пошевельнет, чтобы выдать Волка. Пусть сами ловят. Поймают — тем будет лучше ему, Гарри, оставят его в покое. Собственно, думал Гарри, все сильнее нажимал на педали велосипеда, можно было бы и помочь изловить Волка, да как бы Моррил не пронюхал про это.

Пронюхает — родным несдобровать…

В общем, решил Гарри, о пещере и других местах встреч с Томпсоном он, пожалуй, и расскажет, но лишь в том случае, если его здорово прижмут к стенке и не будет другого способа доказать русским, что он всей душой готов помочь им расправиться с Волком. Пусть думают, что он с ними заодно, только бы не трогали. А Томпсону это не повредит. Он не глуп, давно понял, очевидно, что его подручный провалился, и наверняка не сунет носа на свои прежние явки. В конце концов, своя шкура дороже, пусть Волк сам о себе позаботится…

Глава 11. Картина проясняется

Полковник Сахаров возлагал большие надежды на Ивана Терентьевича Лебедева, работавшего на судостроительном заводе под фамилией Зотова. Лебедеву тоже было дано задание: напасть на след Барона и раскрыть всю шайку врагов. Это он предложил начальнику одного из отделов Житкову разрешить Курганову забрать на дом чертежи «Соленоида», не без основания полагая, что Барон или кто-нибудь из его сообщников непременно узнает про то, что изобретатель работает над чертежами в гостинице. А если узнает, то непременно попытается выкрасть их или сфотографировать.

Так оно и случилось.

Нужно было договориться с полковником о методах дальнейшей работы, сообщить ему свои наблюдения, могущие оказаться полезными для других работников.

Поэтому Лебедев попросил Сахарова приехать на завод. Для встречи был выбран кабинет главного инженера завода (Арбалетов был в курсе событий). К Арбалетову приходило много посетителей, поэтому встреча одного из работников завода с посторонним человеком не должна была вызвать подозрения у Барона — ведь он тоже работал на заводе и мог оказаться одним из начальников какого-либо отдела заводоуправления.

Жаль, Подоба не знала Барона в лицо, а то выдала бы. И на явочную квартиру не пришел…

Чтобы не вызвать подозрения у Барона, Сахаров сказал Арбалетову, когда тот хотел оставить их с Лебедевым одних:

— Останьтесь, Максим Кириллович. Пусть все видят, что у нас тут нет секретов. Это очень важно. Прошу вас.

— Хорошо, Матвей Ильич.

— Итак, Иван Терентьевич, что вы хотите сообщить мне?

— Я выяснил, кто звонил Курганову. Звонила Галина Отрогова, кассирша городского парка культуры и отдыха. Невеста Курганова. Поэтому трудно предположить, что она связана с Томпсоном и нарочно отвлекла инженера от работы, от чертежей в тот вечер. Я выяснил, что Отрогова совсем недавно устроилась на работу и вообще недавно прибыла в Айлу. До этого она жила в Авророполе. Вот и все о ней.

— Надо будет сделать запрос о ней в Авророполь, — заметил Сахаров. — Я распоряжусь. Вы, Иван Терентьевич, не касайтесь этого дела, не отвлекайтесь.

Другой вопрос, если вам по ходу выполнения основного задания опять попадется на дороге Отрогова. Тогда можете заняться ею, но опять-таки лишь в разрезе вашего задания. Ваша главная задача — это Барон.

— А Томпсон?