Читаем Тайна России полностью

Свой просчет сейчас, конечно, поняли и те патриоты, которые, несмотря на призывы даже из своих рядов (П. Паламарчука, В. Бондаренко, А. Фоменко и других), видели в использовании структур компартии меньшее зло. Характерно в этом отношении откровенное интервью А. Проханова: "мы лишились этой иллюзии… И мы будем сейчас свободно формулировать свою идеологию без коммунистов" ("Комсомольская правда", 3.9.1991) Но нельзя не видеть, что даже по аппаратчикам-коммунистам демократы открыли огонь меньший, чем по писателям-почвенникам. Характерно, что «префект» Музыкантский ринулся опечатывать Дом российских писателей, а не, скажем, мавзолей. И с Запада влиятельный советолог У. Лакер прямо призывает "сделать нелегкой жизнь" таких "врагов демократии", как В. Распутин (радио «Свобода», 19.9.91).

Заметим на это, что Распутин утверждал подлинные нравственные ценности уже в то время, когда Евтушенко был экспортным дезинформатором, и когда А. Яковлев отстаивал "классовый подход" к «реакционному» русскому патриотизму [1972]. Даже когда Распутин призвал отказаться от "полумертвой идеологии" (1987 г.), член Политбюро Яковлев сомневался в нужности юбилея Крещения Руси… И вот теперь первый зачислен в "пособники путчистов" — поскольку накануне подписал "Слово к народу", а второй вместе с Евтушенко освобождает Россию от "тысячелетней парадигмы несвободы"…

Тысячи москвичей проявили мужество в критические дни. Как бы опровергая американский закон о нациях, порабощенных "русским коммунизмом", они показали западной советологии, что и русские готовы умирать за свободу. Хочется надеяться, что теперь они проявят такое же мужество в сопротивлении мутации нашего духа. Но эта задача сложнее, ибо угрозу многим еще только предстоит рассмотреть.

В этой связи приобретает особое значение проблема, затронутая в статье И. Шафаревича "Шестая монархия" ("Наш современник", 1990, с. 8). Средства информации в демократическом мире — колоссальная сила (роль "информационного оружия" нам продемонстрировали августовские дни). "Те, кто может бесконтрольно оперировать ею, становятся истинными хозяевами жизни" …эта внезапно возникшая опасность есть плата за неожиданный дар судьбы за то, что упали внешние путы, связывавшие нашу мысль Задача в том и заключается, чтобы, не утратив это благо, избежать опасностей, которые оно несет и которые, на примере Запада, отчетливо видны".

То, на что почвеннические силы надеялись, но не смогли сделать в условиях отживавшей коммунистической диктатуры, теперь им, возможно, придется делать в условиях диктатуры «демократической», носителями которой будет не столько правительство, сколько господство антипочвеннических сил в средствах информации (которые в условиях демократии создают или убирают правительства).

В этой борьбе в области информации у почвенников, на первый взгляд, силы неравные. Но это лишь если оценивать техническое обеспечение. На уровне программного обеспечения они имеют превосходство, ибо "не в силе Бог, а в правде". Их влияние будет расти по мере того, как 1) чисто негативная платформа "против чего" будет утрачивать свое значение и на повестку дня выйдут требования "за что"; 2) в соприкосновении с Западом все больше будет обнаруживаться эгоизм "сильных мира сего".

Не исключено, что вскоре начнут разделяться сами демократы. Будем надеяться, что многие из них стали таковыми по инерции, отталкиваясь от коммунистов. Что и таких лидеров, как Ельцин, сама мистическая сущность Российского государства заставит быть национальными — иначе они не удержатся у власти. Что, справившись с главным врагом, отвлекавшим их внимание от глобальной раскладки сил, они разглядят серьезнейшие проблемы той "общечеловеческой семьи", в которую вводят Россию.

Божьим промыслом России, кажется, суждено освобождаться от коммунизма по демократическому, а не по авторитарному варианту. Но отчаиваться при виде нынешних демократических эксцессов — значит не верить в здоровые силы народа. «Голоса», расхваливавшие "демократический рай" в течение десятилетий, создали, конечно, эйфорию демократии, прежде всего американской. Но, неожиданным образом, это может привести к тому, что наш народ согласится принять только то, что будет соответствовать их обещаниям. Наши люди настолько истосковались по правде и справедливости, что вряд ли их устроит все то, что им предстоит открыть на Западе. Именно на этом стремлении народа к правде потерпела поражение «ложь» ГКЧП; поэтому же, хочется надеяться, наш народ отвергнет и «ложь» демократии, усвоив ее "правду".

Думается, народ и голосовал-то за демократов, в основном отталкиваясь от правившей «лжи». Это было голосование против коммунистической власти. Теперь критерии выбора меняются и люди будут голосовать не "против чего", а "за что". Это дает почвенническому флангу небывалые возможности консолидации здоровых сил для участия в следующих выборах.