– Икону вы, конечно, теперь будете всегда носить на груди? – спросил я.

– Почему это всегда? – не понял антиквар. – Поношу, конечно, пока, а как в Москву поеду, предложу на продажу – там за такие немалые деньги дают! Все-таки серебро, проба! Возможно, дивеевская работа! Тогда вообще сумма в несколько раз может увеличиться!

– А Евангелие? – боясь дышать, спросил я.

– Что? – переспросил антиквар.

– Его тоже повезете?..

– Зачем? – Антиквар даже засмеялся. – Да здесь этого добра столько, что я и брать уже давно не беру. Судя по всему, старец на совесть обеспечил свой монастырь всем необходимым – храмами, иконами, книгами… Эту книжицу, признаюсь, я взял, только чтобы старушка икону отдала. Не хотел ее отпугнуть отказом! Хотите – уступлю в полцены?

Что? Неужели даже за полцены?! Хотя денег у меня было немного, я бы никаких не пожалел! Мало того, что это было старинное Евангелие, какое я давно мечтал иметь у себя, но оно еще так или иначе было связано с уже дорогим, если не сказать родным моему сердцу старцем Варнавой!

Я дал антиквару номер телефона моей съемной квартиры, попросив сразу позвонить, если покупатель книги вдруг снова появится. И хотя мне не удалось отыскать в тот раз тех сведений, ради которых заходил в антикварную лавку, вышел я оттуда, наверное, одним из самых счастливых в этот момент людей на Земле! Ведь в моей руке было красное старинное Евангелие!

Глава 6. Лик на окне

Когда я вернулся в свое временное однокомнатное жилище, был уже по-зимнему ранний темно-синий вечер. Положил книгу на стол, в углу которого стоял хозяйский аквариум. Покормил рыбок. Полюбовался ими, порадовавшись тому, что сам – не сеющий, не пекущий, не строящий – хоть кому-то в этой жизни могу сделать обычное житейское добро. Конечно, книги на духовные темы, которые я разрабатывал, – это совсем другое. Да, они гораздо важнее любой материальной работы – настолько, насколько душа выше тела. Но их еще нужно было сначала написать!..

Хотелось как можно быстрее приняться за чтение жития святого апостола Варнавы. Но куда на земле – без земного?.. Пришлось пойти на кухню, наскоро разогреть то, что осталось от завтрака. Поужинать. А после этого можно было и возвращаться в совсем уже темную комнату.

Включив свет, я подошел к окну, чтобы задернуть шторы, и ахнул. С оконного стекла на меня смотрело сотканное из морозных узоров мужское лицо – нет, святой лик! По-другому даже сказать нельзя, так это было похоже на иконописное изображение.

Я обошел окно со всех сторон, подходил ближе, отходил дальше, наклонял голову, чтобы изменить угол зрения, – нет, лик оставался ликом. Это не могло быть игрой воображения или какой-то случайностью. Все было очень реалистично, можно было разглядеть мельчайшие черты вплоть до седых волосков на голове и в бороде…

Несколько мгновений я смотрел, ничего не понимая. А потом бросился к соседям, позвав всех, кого только удалось. Те смотрели на лик и только диву давались. Так же, как и у меня, у них сразу сложилось впечатление, что это лицо какого-то святого.

– Может, это батюшка Серафим Саровский? – предположил кто-то.

– Нет! – решительно возразили ему. – Дивеево, конечно, недалеко от Выксы, но он на иконах совсем другой.

Да я и сам видел, что не похож…

– Но тогда кто же? – высказала одна из женщин мою мысль.

– Да, кто?..

И тут подала голос Надежда Васильевна – интеллигентная старушка, которой было уже за восемьдесят, заставшая, как выяснилось потом, в живых последних насельниц Иверского монастыря.

– Я осмеливаюсь предположить, что это не кто иной, как сам старец Варнава, – сказала она.

И тут словно плотину прорвало:

– Конечно же, он!

– Кому же еще быть?

– Ведь он для Выксы небесный покровитель был!

– Простите, а почему это, собственно, был? – выждав паузу, вежливо спросила Надежда Васильевна и сама же уверенно ответила: – Он и сейчас есть. И наверняка, как прежде, помогает Выксе. А может, как раньше, и всей России!

Как бы там ни было, все остановились на том, что в любом случае это бесспорное чудо!

Оглядываясь на окно, соседи один за другим вышли. Я остался один и увидел то, что им уже не удалось. Едва дверь закрылась за последним посетителем, как лик неожиданно стал быстро-быстро терять свои очертания и вскоре исчез – несмотря на то, что температура ни в комнате, ни на улице, судя по градуснику на балконе, не изменилась! Это было лишним подтверждением тому, что только что на глазах нескольких людей действительно произошло настоящее чудо! «Эх, жаль, антиквара здесь не было!» – подумал вдруг я, вспомнив, как тот говорил, что не верит в чудеса.