Читаем Свинец в крови полностью

Я никогда ничего не понимал в теории вероятности и, может быть, именно поэтому ненавижу такую манеру ведения боя. Я не питаю уважения к полумерам. Мне нравятся типы, способные сдерживать энергию на протяжении многих раундов, а потом молниеносно выпустить ее — прямо в подбородок противника.

Чтобы заниматься таким боксом, надо быть чокнутым. Ты постоянно рискуешь попасть под удар, от которого невозможно увернуться. Это так же возбуждает, как игра в русскую рулетку с пятью патронами в барабане.

Но в моем личном пантеоне только чокнутых и можно найти.

Да и я сам, наверное, спятил, когда решил поймать в ловушку Кемпа. Если я ослаблю бдительность, пусть даже на короткое мгновение, контрудар будет сокрушительным. Он пустит по моему следу легавых, адвокатов, судебных исполнителей — весь свой арсенал массового уничтожения. А я стану не больше чем спичкой в гигантских лапах Железного Майка. Меня раздавят, сломают, сожгут, уничтожат, не говоря уж о позоре, которым моя семья будет покрыта до скончания веков.

Чтобы избежать такого рода неприятностей, я провел вечер, уточняя каждую деталь плана с Лолой и Дмитрием. Первая предоставила в мое распоряжение свою изобретательность, второй — свое отличное знание столичного мира жулья и поставщиков краденого.

Дмитрий — это настоящий Моцарт махинаций, подлинный ас изворотливости. Попросите у него то, чего вы хотите, и через мгновение вы это получите. Он найдет вам самые невероятные вещи по ценам, способным выдержать любую конкуренцию. В этой области у него нет соперников в Париже.

И тем не менее, когда я потребовал у него две миниатюрные цифровые камеры, провода, совпадающие по цвету с бирюзовыми стенами галереи, и переходник, чтобы подключить их к моему компьютеру, он посмотрел на меня как-то странно.

— У тебя есть два часа, — уточнил я. — Потом мне еще надо будет все это установить.

— У тебя с головой не в порядке, Алекс, — ответил он. — Не могу я тебе достать это за такое короткое время. Где, по-твоему, я должен искать эти штуковины?

— Дмитрий, ты меня разочаровываешь. Я видел, как Макгивер сделал гораздо больше за гораздо меньшее время. А ведь он действовал, будучи привязанным к стулу!

— У Макгивера был симпатичный босс, не цеплявшийся к цвету оборудования.

Это точно. Будучи человеком честным, я ему не ответил. Я просто пожал плечами. Дмитрий вышел из галереи расстроенный, прижимая мобильник к уху.

Через час и пятьдесят пять минут он вернулся со всем, что я у него просил. Конечно, провод оказался на четверть тона темнее, чем надо, но я воздержался от замечания. Мое умение использовать человеческий потенциал на все сто наполняло меня уверенностью.

Согласно плану, в значительной степени разработанному хитроумной Лолой, мы собирались запереть Кемпа в галерее, а потом припугнуть его с помощью «магнума», хранившегося в моем сейфе.

Мы нимало не сомневались, что он, так или иначе, участвовал в трагических событиях, имевших место два дня назад. Мы решили, что под давлением Кемп расскажет нам, какую роль он играл в убийстве Наталии, и добровольно назовет имя ее убийцы. И все это мы собирались записать на цифровой носитель, на диск DVD и на следующий день отправить следовательнице уголовной полиции, которая меня допрашивала.

Для успеха предприятия требовалось, чтобы Кемп ничего не заподозрил и разговаривал с нами совершенно откровенно. Вот почему звукозаписывающую аппаратуру следовало хорошенько замаскировать. Внутренняя планировка помещения была очень проста. По сути дела, галерея представляла собой одну большую вытянутую комнату, перегороженную в глубине стенкой из плексигласа — за ней находился мой кабинет.

Мы поставили одну камеру над входной дверью, вторую — напротив, скрыв ее в углублении лепнины над сейфом. Таким образом мы обеспечили полный обзор всей галереи. Ни один квадратный сантиметр не останется скрытым от объектива. Кемп не найдет места, где спрятаться. В этот раз ему придется участвовать в дефиле, а не стоять за кулисами.

Провода, пущенные по желобкам плинтусов, были почти незаметны. Они сходились у небольшой металлической коробочки, соединенной с компьютером на моем столе. Все, что будет происходить в помещении, немедленно запишется на мой жесткий диск.

Для записи звука Дмитрий принес мне крохотный шпионский радиомикрофончик, подключенный к цифровому диктофону, который лежал у меня в кармане брюк. В качестве бесплатного приложения он раскошелился на электронную систему, автоматически включавшую запись, как только входная дверь в галерею открывалась на пятнадцать градусов.

Мне оставалось только организовать маленькое шоу на американский лад. Я всегда мечтал сыграть этакого истеричного бандита, во всяком случае, с тех пор, как в финале «Лица со шрамом» увидел Пачино с пушками в обеих руках, нюхавшего гору кокаина, прямо перед тем, как в грудь ему всадили чуть не сотню пуль. Впрочем, я собирался остановиться, не доходя до финальной сцены.