Читаем Святославичи полностью

- Коль уведем дружину из Киева, княже, пограбит чернь дома наши, жен обесчестит, - пробасил боярин Всемил, сжимая свои пудовые кулаки. - Вели, князь, дружине ударить на смутьянов, покуда они не вооружились как следует.

- Ох, князь, коль промедлишь, запоем Лазаря! - выкрикнул боярин Зерновит.

- Вы мне эти охи бросьте! - резко произнес Изяслав. - Все равно быть по-моему! Идем на поганых. Сегодня же, Чудин, подымай дружину!

Воевода с кряхтеньем поднялся со стула. Бросив виноватый взгляд на думных бояр, мол, ничего не поделаешь, надо исполнять, коль князем велено, Чудин зашагал к дверям.

Едва Чудин ушел, как в тронный зал ворвался княжеский дружинник.

- Черный люд прошел через Софийские ворота, - сообщил он, - многими тыщами валит ко дворцу!

Бояре заволновались, заговорили все разом:

- Некогда рассиживаться, княже! Сажай дружину на конь!

- За тыном не отсидимся, коль чернь уже на Горе!

- За мечи пора браться! За мечи!..

Изяслав пребывал в каком-то оцепенении, переводя взгляд с одного лица на другое.

Бояре требовал, умоляли его не терять попусту время.

Князь промолвил наконец, что нужно дождаться Коснячко. Ему ответили, что ежели воеводы так долго нет, значит, его убили и всех их ждет та же участь, коль они промедлят.

Изяслав переменился в лице:

- Убили Коснячко?.. Нет. Не может быть!

Заслышав звук боевой трубы, - это Чудин собирал дружинников возле конюшен, - Изяслав вскочил с трона и устремился к окнам, выходившим на площадь перед дворцам. Он решил, что дружина уже ринулась в сражение с народом.

Бояре гурьбой последовали за князем.

Из окон с высоты пяти сажен Изяслав увидел, как из всех переулков валит простой киевский люд в потрепанной одежде, у многих в руках были топоры, дубины и короткие копья. Люди наполнили до отказа прилегающие улицы и площадь перед дворцом.

Княжеские дружинники в полном вооружении несколькими густыми шеренгами выстраивались вдоль дубового частокола, окружившего дворец со всеми пристройками.

- Дождались-таки! - процедил сквозь зубы боярин Зерновит прямо над ухом у Изяслава.

Из толпы летели выкрики, Изяславу послышалось, будто поминают его имя.

- Кажись, смерти твоей народ жаждет, княже, - прошипел Зерновит.

Изяслав сердито отпихнул Зерновита и отошел от окна. Мыли путались у него в голове.

К князю приблизился Мстислав. Он был невозмутим.

- Позволь, батюшка, разогнать эту рвань! Изяслав ласково похлопал сына по груди.

- Еще не время, - сказал он, тоже стараясь выглядеть спокойным. - Вот воротится Коснячко…

Бояре недовольно запереглядывались.

- А коль не воротиться? - подал голос боярин Микула. Изяслав не успел ответить, появился воевода Чудин.

- Народ киевский желает видеть тебя, княже, - задыхаясь, выпалил он - видать, бежал по дворцовым ступеням.

- Меня? - словно ослышавшись, переспросил Изяслав. - Я отправил к народу Коснячко.

- О Коснячко речи не было, княже - пробормотал воевода, - народ с тобой перемолвиться желает.

Изяслав, помедлив, сказал:

- Ходатаев от народа я готов выслушать в тронном зале, сам к толпе не выйду. Так и скажи киевлянам, воевода.

Вскоре два десятка выборных от всех ремесленных братчин, сняв шапки, входили в зал, озираясь на зловещие лица бояр, слыша за спиной сердитые перешептывания домовитых мужей и купцов.

Изяслав сидел на троне, выпятив грудь вперед и вскинув подбородок. По бокам от трона стояли два телохранителя. Ходатаи низко поклонились князю.

Затем рослый детина, пропахший щелочью и сырыми кожами, видимо, скорняк, заговорил громким сипловатым голосом:

- Беда пришла на Русь, и люд киевский, забыв обиды, вознамерился дать сражение нехристям, но тысяцкий Коснячко набрал в пеший полк всего пять тыщ человек да и тех вооружил кое-как. Меж тем бояре челядь свою вооружили справно, сами тоже, чай, не с голыми руками на поганых выйдут. Не по справедливости это, княже. Воеводы твои нашими телами хотят путь свой к победе вымостить!

Желая сгладить резкие слова кожевника, к Изяславу обратился согбенный трудом и годами костлявый белобородый, но еще крепкий старик, на шее у которого висело тесло на веревочке.

- К чему тратить время на пустые разговоры. Половцы разбрелись по земле нашей, дай, князь, оружие и коней, мы всем миром сразимся с ними!

- Мало вам того оружия, что вы у оружейников моих награбили! - грозно произнес Изяслав. - И про бесчинства ваши мне тоже ведомо! Врагов в городе родном ищете, забыв заповеди христианские!

- За жадность свою иудей Ерухим головой поплатился, - смело возразил князю белобородый плотник, - кто на беде людской наживается, тот вдвойне грешник. Удумал он у должников своих, тех, что в войско вступили, детей в залог брать. Коль не воротится какой должник из похода живым, то детей его в рабство за долги. За рабов-то неплохие деньги выручить можно. У нас говорят так, княже: злому человеку не прибавит Бог веку.

Среди бояр прокатился гневный смешок.

- Ничего вы от меня не получите, смутьяны, - повысил голос Изяслав, - покуда убийц не выдадите. Сроку вам даю до полудня, а там пощады не ждите!

Кожевник обменялся со старым плотником многозначительным взглядом, мол, что я говорил!