— А что я говорю! Вот по девочкам было видно: они устали, устали как собаки. Эта затея задержаться здесь сильно их озадачила. Они под конец стали тревожиться, чего от них ждут? Так или иначе, в полночь они запросились домой. В пять минут первого компания отчалила. А в половине первого ребята вернулись. Я впустила их сама. И посмотрела на часы, потому что подумала, когда зазвенел звонок, что приехали другие клиенты.

— С девочками все в порядке? — обратился Каттингс к Селби. — Они не стали… У них ведь нет причин волноваться за нас?..

— Кто из вас знаком с человеком по имени Эмиль Уоткинс? — вместо ответа задал вопрос Селби.

Молодые люди недоуменно переглянулись. Глисон покачал головой. Каттингс произнес:

— Такого не знаю.

— Вообще фамилию Уоткинс кому-нибудь доводилось слышать?

— Нет, сэр, — ответил Глисон.

— Я знаю одного Уоткинса в Сан-Франциско, — заявил Каттингс, — но не видел его уже много лет.

— Человек, о котором я говорю, светловолосый, сероглазый, скуластый. Возраст — под пятьдесят, рост — пять футов семь дюймов,вес — около ста тридцати пяти фунтов. Может, он отец одной из ваших подружек? Есть среди них мисс Уоткинс?

Молодые люди энергично закачали головами: «Нет, таких не знаем!»

— Мне бы все-таки хотелось, — сказал Селби, — чтоб вы, ребята, глянули на него. Может, узнаете.

— Что ж, с удовольствием, — согласился Каттингс. — Где он?

— К тому времени, пока вы оденетесь, пожалуй, его тело будет в коронерской.

— Коронерская, — повторил Каттингс и умолк. Участники вечеринки как застыли.

Селби шепнул Рексу Брендону:

— Может быть, отвезешь их сначала в домик, пусть осмотрят его вдоль и поперек, а потом встретимся у коронера. Я поеду к нему прямо отсюда. Теперь о тех девушках, Рекс. Две секретарши попали в компанию, видимо, случайно. Появление их имен в печати радости им не принесет. Происшествие, которое мы расследуем, независимо от его подоплеки, как-никак случилось в домике парней. Лучше, по-моему, выпроводить девчонок из кемпинга, пока не набежали репортеры со своим любопытством и фотокамерами.

Брендон кивнул.

— Ладно, Дуг! — и, повернувшись к Каттингсу и Глисону, сказал:

— Пошли.

Глава VI

Селби подогнал машину к самому офису. Позвонив в дверь, он с трудом подавил желание сопроводить этот цивилизованный жест нетерпеливым стуком кулака.

Коронер Гарри Перкинс, высокий, тощий субъект с костистой физиономией, перемещался со своеобразным изяществом жирафа. Сосредоточенную деловитость при осмотре трупов он сочетал с возвышенной безучастностью. Больше всего он любил ловить форель. Он заговорил сразу, как только распахнул дверь.

— Хелло, Дуг. Дождь — высший класс. Люблю, когда льет по-настоящему. Может, фермерам помеха, зато рекам и ручьям утеха. Промоет их как следует в начале сезона, и рыба пойдет в рост… Кинь плащ на стул, пусть вода стечет.

— Труп уже здесь? — спросил Селби.

— Ты об этом типе из Кейстонского автокемпинга?

— Да. Хотелось бы осмотреть тело.

— Оно там, в заднем помещении.

— Что вы установили? — поинтересовался Селби, пока они блуждали по длинным холодным коридорам, пропитавшимся запахами медикаментов и похорон.

— Углекислый газ в легких, — жизнерадостно сообщил коронер. — Просто смешно, как людям нравится закупоривать себя в комнатах с дефективными газовыми горелками и как небрежно с ними обращаются…

— Нашли при нем какие-нибудь документы?

— Несколько писем, начинающихся с «дорогого папочки». Судя по виду, он таскает их с собою не первый день.

— Что в письмах?

— Патетика, — вздохнул коронер. — Письма от дочери. Удрала из дому, родила ребенка… — Открыв очередную, на сей раз последнюю, дверь, Перкинс предупредил:

— Здесь довольно прохладно, Дуг. Если ты намерен задержаться, накинь плащ. Но лично я считаю, что задерживаться нет необходимости. Чистейшее дело: смерть в результате отравления углекислым газом. Вот его одежда. В шкатулке — содержимое карманов. Тело — там. Хочешь взглянуть?

Селби кивнул. Коронер откинул покрывало.

— Отравление углекислым газом установить легко, — сказал он. — Вишнево-алая кровь.

— Никаких следов насилия?

— Нет. Разве что небольшой синяк ниже уха. Он может что-то значить или не значит ровно ничего, например, ушиб при падении. Б-р-р, как здесь холодно. А что, если взять его манатки и осмотреть в конторе?

— Неплохая мысль, — согласился Селби.

Они выключили освещение и теми же бесконечными коридорами вернулись в офис. Коронер нес шкатулку.

— Шмотки я теперь держу под замком, — сообщил он с усмешкой. — После того незабываемого случая. Не хочу рисковать, вдруг что-нибудь украдут или подменят.

Коронер отворил дверь своего кабинета и торжественным жестом указал на газовую печку:

— Вот как должен действовать газовый обогреватель, — изрек он, водружая шкатулку на стол. Открыл ее и начал перечислять:

— Карманный нож. Кстати, если вам это интересно, добротный, хорошо заточенный. Поговорка есть такая: острый нож нужен ленивому человеку… Тридцать пять долларов бумажками, доллар и восемнадцать центов мелочью, старые карманные часы-луковица, идут секунда в секунду, огрызок плотницкого карандаша, кошелек и письма.