Читаем Сумрачная душа полностью

Однако, – продолжил он, немного понизив голос. – Однако вы, наверное, обратили внимание, что, перечисляя украшения первобытных народов, я назвал браслеты, ожерелья, кольца для носа и ушей, но не упомянул перстни, или кольца для пальцев. Эти украшения неизвестны примитивным народам, они появляются значительно позднее и несут совершенно другую функцию…

– Какую же? – спросил Старыгин, заинтересовавшись.

Кажется, Тизенгаузен перешел к более интересной для него теме:

– Кольцо на пальце, или перстень, появилось тогда, когда появилось неравенство между людьми, возникла потребность в разграничении, распознавании отдельного человека, обладающего властью и собственностью, потребность в подтверждении его личности и его прав. То есть кольцо на руке – это как бы документ, своего рода удостоверение личности.

Тизенгаузен сделал паузу, чтобы слушатель как следует осознал его слова, и продолжил:

– Я вам уже сказал, что первобытным племенам с весьма развитыми видами нательных украшений кольцо неизвестно, даже герои Гомера не носили колец. Зато в индийских сказаниях одиннадцатого века до нашей эры упоминаются кольца, которые носили знатные люди как знак своего высокого происхождения. В Египте также с незапамятных времен известны перстни-печатки, которые носили люди, располагавшие властью и занимавшие высокие должности при дворе фараона. Многочисленные примеры из истории и мифологии доказывают, что кольцо было не украшением, а признаком власти. Так, Иосиф Прекрасный, персонаж Библии, когда фараон назначил его своим наместником, получил от него перстень как знак власти. Александр Македонский перед смертью передал свое кольцо одному из приближенных, которого хотел назначить своим преемником. В Древнем Риме кольцо стало признаком принадлежности к высшему сословию.

Тизенгаузен снова сделал небольшую паузу и продолжил:

– Даже в наши дни первоначальное значение кольца не забыто. Это доказывает кольцо римского папы с изображением рыбака, которое является символом его апостольской власти, а также аметистовые кольца кардиналов и епископов. Даже хорошо известные всем обручальные кольца являются не столько украшениями, сколько символом принадлежности супругов друг другу. В Средние века на этих кольцах обязательно писали: «Что Бог соединил, то человек да не разделит».

Тизенгаузен вскочил, вышел из-за стола и подошел к стене, где висели гравюры и репродукции картин. Остановившись перед ними, он продолжил:

– Вы видите, что у людей на этих картинах кольца надеты на разные пальцы. Их значение определяется не только видом самого кольца, но и тем, на какой палец оно надето. Так, вы, конечно, знаете, что обручальные кольца носят на безымянном пальце, у православных – на правой руке, у католиков – на левой. Те же кольца власти, о которых я вам говорил, носили в основном на указательном пальце, чаще на правой руке. Именно так носили свои кольца Юлий Цезарь и Иван Грозный, кардинал Ришелье и король Англии Генрих Восьмой. Вы видите на этой репродукции, что этот король, выдающийся правитель и реформатор, известный также большим количеством жен, носил кольца на указательных пальцах обеих рук, чтобы подчеркнуть свою безграничную власть…

Он перешел к другой стене и продолжил:

– Кроме того, о чем я говорил, важен и камень в перстне. С глубокой древности драгоценные камни были окружены атмосферой тайны, суеверия и страха. По средневековым представлениям, драгоценные камни, так же, как звезды, были тесно связаны с жизнью и судьбой человека. Различные камни оберегали своего владельца от болезней и несчастий, от предательства и бедности. Так, сапфир защищает человека от клеветы и злословия, жемчуг – от воров и мошенников, гранат – от происков врагов, топаз – от болезней, бирюза и изумруд помогают в любви. Особенно сильно действие камней проявляется в сочетании с кольцом, древним символом власти и магической силы. Достаточно вспомнить знаменитое кольцо царя Соломона, которое давало своему владельцу власть над природой и знание языка животных… Здесь, на этом портрете, вы видите перстень с аметистом. Аметист издавна считался одним из самых действенных амулетов, он мог защитить своего владельца от яда и колдовства…

Старыгин чувствовал, что его собеседник не успокоится, пока не прочитает целую лекцию о кольцах и прочих украшениях. У него же было очень мало свободного времени, и не хотелось тратить его на посторонние предметы. Картина неизвестного немецкого живописца призывала его к себе.

– Простите, Карл Антонович, – прервал он Тизенгаузена. – Нельзя ли вернуться ближе к моему вопросу? Что вы можете сказать конкретно об этом перстне?

Тизенгаузен разочарованно замолчал, потер руки, вернулся к столу и снова взглянул на кольцо, которое принес ему Старыгин.

– Интересное, очень интересное кольцо… – проговорил он после продолжительного раздумья. – Необычный материал… это не золото и не серебро, а какой-то сплав. Очень, очень интересно… Неужели это то, о чем я думаю?

Он снова вооружился ювелирной лупой и пристально вгляделся в кольцо. Старыгин застыл в ожидании.