…Широкоплечий воин с длинными вислыми усами поднял к себе в седло девочку, стоящую рядом с матерью в толпе зевак.

– Расти скорей, ясноглазая! – весело крикнул он, улыбаясь ребенку, подхватывая девочку на руки и щекоча ее усами. – Когда я буду господином над черномазыми рабами, а боги вернутся к себе на небо, – я приеду за тобой! Мне тогда понадобятся сильные, здоровые сыновья, много сыновей!… Хочешь родить воина, ясноглазая?

– Не хочу, – серьезно ответила девочка. – Воина – не хочу. Хочу – бога.

Всадник поперхнулся, натянуто усмехнувшись, и передал ребенка матери. Потом он перехватил поводья и тронулся дальше.

Стоявший в толпе рядом с женщиной человек – мужчина лет тридцати в пыльном заношенном халате – покачал головой и стал выбираться из давки. Он пришел в Калорру месяца два назад и теперь работал подручным у кузнеца-оружейника. Кузнец нахвалиться не мог на нового подмастерья, и лишь одно смущало мастера: у молодого мускулистого молотобойца был тусклый взгляд древнего старика. Да еще дважды кузнец замечал краем глаза, как забывшийся подмастерье положил ладонь на раскаленную заготовку и отдернул руку лишь тогда, когда увидел изумленный взгляд хозяина. Надо ли говорить, что с рукой ничего не произошло?…

Кузнец не знал, что его новый подручный – беглый раб с согдийских оловянных рудников.

Бессмертный. А если короче – бес.

4

…Мир стал блекнуть, распадаться; и внезапно все исчезло. Смолк перестук копыт и лязг доспехов, угас блеск солнца и отсвет его на чешуйчатых шишаках, и лишь лицо беса, стоявшего некогда в толпе зевак Калорры, продолжало глядеть на Солли и Сигурда из глубины сталагмита.

Лишь оно напоминало о случившемся.

– Это было? – спросил Сигурд у подошедшего Даймона.

– Это – было.

– Это было давно? – спросил Солли.

– Это было давно.

Больше вопросов не было.

* * *

Следующим утром они не сразу пошли в зал. Солли заново перетянул Вайл разбитый бок и дал напиться, а волчица лизнула ему ладонь и искательно заглянула в лицо – но превращаться в присутствии Сигурда Солли… нет, не боялся, – стеснялся, что ли… Ярроу, латавший в углу износившуюся тунику, поднялся и с удивившей его самого деликатностью вышел из пещеры. На свежий воздух.

Там он некоторое время повозился с Зу, на которого неожиданно напало игривое настроение, потом салар несколько запыхался и отправил разогревшегося удава за провизией.

Волки подошли ближе, с интересом наблюдая за борьбой человека и змеи, и когда Зу уполз в кусты, стая с некоторым колебанием последовала за ним. Общение с Изменчивым приучило волков меньше обращать внимание на внешний облик и больше ценить практическую пользу. А охотничьи качества Зу они оценили весьма высоко, проверив их в прямом смысле на собственной шкуре.

Сигурд решил, что они не будут испытывать особой нужды в продовольствии, при таких-то заготовителях, и еще некоторое время сидел на поднадоевшем ему свежем воздухе, переваривая последние впечатления, пока Солли не показался у входа, давая понять о возможности вернуться обратно.

Они обменялись несколькими малозначащими репликами, натаскали кучу хвороста поближе к пещере, потом Сигурд с полчаса учил Солли технике «скользящей кисти», пока Изменчивый не понял тех приемов, которыми он был обезоружен при первой встрече, и лишь к обеду они зашли под каменные своды, встреченные ворчанием покинутой и недовольной Вайл.

Кусок мяса из остатков привел волчицу в более приемлемое расположение духа, а еще через час заявились волки, подгоняемые бдительным Зу, который тщательно следил за перекинутыми через их спины тушами трех косуль, не давая носильщикам откусить даже кусочек.

Солли с некоторой завистью следил за этой компанией, а потом одна косуля была оставлена для стаи и отнесена подальше; часть филе Сигурд нарезал крупными кусками – для Зу, а остальное мясо они коптили до самого вечера, и лишь тогда спустились в Пенаты Вечных.

Даймон был там. Он находился в дальнем конце зала, бродя между статуями и время от времени останавливаясь и бормоча что-то себе под нос. Солли хотел было задержаться и рассмотреть Пенаты поподробнее, но Сигурд снова впал в свое тихое опьянение, и Солли спешно последовал за ним.

Ярроу на этот раз долго блуждал среди сталагмитов, потом резко остановился и опустился на колени. Солли сел рядом и вгляделся в чернобородое лицо с крупным горбатым носом и выпуклыми белками глаз. Он еще успел разглядеть плечи – более мощных плеч ему не доводилось видеть – закованного в броню камня беса, толстую короткую шею…

Больше он не успел рассмотреть ничего.

Срез памяти

Согд. Права для Бессмертных

…Волны гуляли по гладиаторским казармам, – волны нервного возбуждения и нетерпеливого ожидания, – и казармы гудели, словно растревоженное осиное гнездо. И жили здесь не осы – здесь жили бесы. Поэтому у каждой «осы» имелось жало. А иногда два или три – блестящие, отточенные, смертоносные…