Читаем Сумеречные боги полностью

Резко остановившись, Ларкин развернулся в сторону голоса. Увидев Кори, бывший фельдмаршал едва заметно улыбнулся. С тех пор как они встретились при дворе Неблагих, Томбелл почти не изменился. Его вьющиеся каштановые локоны немного отросли, надвигающаяся война поселила в глазах фельдмаршала беспокойство, но мужчина выглядел таким же сильным и решительным, как всегда. Широко шагая, Кори приблизился к Ларкину.

– Приветствую тебя, старый друг, – произнес Ларкин, невзирая на неуверенность, стянувшую его грудь.

Кори молча уставился на него.

Ларкин в напряжении задержал дыхание, когда Томбелл неожиданно заключил друга в теплые объятия. На мгновение Ларкин словно застыл, но почти сразу с благодарностью вернул объятие Кори, хотя для этого ему пришлось отпустить руку Фрейи.

Кори похлопал его по плечу:

– Рад снова тебя видеть, Ларкин.

– Я тоже очень рад видеть тебя в добром здравии.

Кори отстранился от Ларкина и посмотрел на него взглядом гордого отца, несмотря на то что бывший фельдмаршал был старше. Но уже через мгновение этот взгляд переместился на Вэйлина, и… глаза Томбелла сузились, он изогнул изрытую шрамами бровь:

– Принцесса Фрейя?

Девушка робко улыбнулась и кивнула в знак приветствия.

Удивленный, Кори оглянулся на Ларкина. В глазах фельдмаршала читался невысказанный вопрос, но неудовольствия в них не было. Либо известие о повторном исчезновении Фрейи из замка еще не достигло Свободной земли, либо Томбеллу это было просто безразлично в связи с перспективой предстоящей войны.

– Это очень долгая история, – ответил Ларкин на немой вопрос друга. Он был готов все рассказать Кори, но не перед таким количеством слушателей.

Томбелл, фыркнув, хлопнул Ларкина по плечу:

– К долгим историям, друг мой, я уже привык. В последнее время я выслушал много таких рассказов, с удовольствием послушаю и твой.

– Тогда я буду рад рассказать тебе свою историю за ужином, – ответил Ларкин, оглядываясь на Вэйлина и Фрейю. Потом снова повернулся к Кори: – Мы надеялись, что на некоторое время сможем остаться здесь, у Стены. Мы ждем Ли.

– Ну конечно. Вам здесь всегда рады. – Подозвав одного из Хранителей, Кори попросил его проводить гостей в комнаты. Каждому из них было выделено собственное помещение, хотя Ларкин предпочел бы разделить свою комнату с Фрейей. Однако принцесса, несмотря ни на что, была замужней женщиной, а потому делить с ней постель было бы неуместно, хотя чувства Ларкина легко читались по его глазам.

Один из Хранителей повел всех троих через двор, в то время как его товарищ занялся лошадью. Фрейя с тоской посмотрела вслед животному, и Ларкин одарил принцессу ободряющим взглядом. Он искренне надеялся, что под защитой Стены девушка сможет расслабиться, если в эти времена это вообще можно было сделать.

– Мы не ожидали королевского визита, – сказал Хранитель, имени которого Ларкин не знал. Значит, тот был либо новичком на Свободной земле, либо пришел сюда с одной из других баз, размещенных вдоль Стены. – Поэтому ни одна из свободных комнат не находится в приличествующем состоянии, но мы позаботимся об этом.

Фрейя покачала головой.

– В этом нет необходимости, – перевел Ларкин.

Хранитель удивленно поднял брови:

– Это не доставит нам никаких хлопот.

Лжец, подумал Ларкин, а вслух произнес:

– Лучше готовьтесь к войне – это принесет больше пользы.

На это незнакомый ему Хранитель уже ничего не сказал.

Сопровождаемые любопытными взглядами, они молча прошли через площадь к хижинам, в которых жили Хранители. Вскоре Ларкин оказался в своей комнате, которая, к его облегчению, находилась рядом с покоями Фрейи. Так он сможет быстро прийти принцессе на помощь, если в этом возникнет необходимость. Вэйлина отвели в комнату Ли.

Ларкин со вздохом стянул с ног сапоги. С годами он научился не обращать внимания на боль и все же не мог не заметить, как загрубели, покраснели и распухли его стопы после длительного перехода. Упав на кровать, мужчина сложил руки под головой и уставился в потолок.

Вот он и здесь… снова здесь, на Стене, среди старых товарищей, в том месте, которое поклялся защищать. Как бы сложилась его жизнь, если бы Ларкин предотвратил нападение на Беллмар или в деревне в это время не гостили бы дворяне? Тогда Андроис, наверное, не приказал бы его арестовать и Ларкин до сих пор был бы фельдмаршалом.

Или уже был бы мертв, – закралась в его голову непрошеная мысль, которую Ларкин тут же прогнал. Мужчина не хотел об этом думать. Как и о том, что никогда не встретил бы Фрейю, если бы последние десять лет провел у Стены, а не в королевской темнице. Десять лет, проведенных во тьме, среди страха и безнадежности, казались высокой ценой за улыбку одной девушки, но если кто и стоил всех этих страданий, то этим кем-то была Фрейя.