Читаем Сумеречные боги полностью

– Возможно, они не были членами банды, но они были Темными, – подал голос Хилариус, дав своей бабушке время передохнуть. – После того как война закончилась и был подписан мирный договор, обсуждался вопрос о том, должны ли Темные служить у Стены. Фейри были против, потому что во время войны мы сражались на стороне людей, поэтому наш пост заняли Хранители.

Ни Зейлан, ни Киран, ни Ли, судя по их изумленным взглядам, никогда ничего подобного не слышали. Видимо, Андроис и его предки делали все возможное, чтобы заставить народ позабыть об этом знании.

– Изо дня в день Темных увольняли с королевской службы, потому что мы становились бесполезны, – продолжал Хилариус. – Наш дар больше не приносил пользы, ведь по эту стороны Стены фейри больше не было. Гнев, нехватка денег и чувство, что их предали, толкали многих Темных того времени на преступления. Они были преданы королем и своей собственной страной после того, как десятилетиями рисковали ради них своей жизнью, – горечь и боль пропитывали слова Хилариуса насквозь. Вымученным жестом он провел рукой по лицу. – Сегодня люди видят лишь обычных преступников. О нашем первоначальном предназначении теперь мало кому известно. Подавление и контроль магии. Оружие против фейри… – Хилариус взглянул на Зейлан, и ледяная дрожь, которая охватила ее тело на этот раз, не имела ничего общего с холодом, обусловленным погодой. – Судя по всему, твои предки тоже принадлежали к числу Темных, только, в отличие от многих из нас, выбрали для себя другой путь.

– Так, значит, я… я – Темная? – недоверчиво прошептала Зейлан.

Эстрид кивнула.

– Но ведь… я же… как я могу быть Хранительницей? – Темная и одновременно Хранительница – после всего, что только что услышала Зейлан, это казалось полнейшим противоречием. Ибо как она могла получить магию от Кирана, если ее тело было создано для того, чтобы сопротивляться ей?

– Очень просто, дорогая, ты просто вовсе никакая не Хранительница, – ответила Эстрид.

– Но во время обращения я что-то почувствовала. С тех пор я лучше вижу, больше слышу и даже сражаюсь намного лучше!

– Да, потому что все это – способности, которыми обладаем и мы, Темные. Твои обостренные чувства возникают не оттого, что ты – Хранительница, а потому, что ты поглощаешь магию вокруг себя и делаешь ее своей. Думаю, что твое предполагаемое обращение было первым случаем, когда ты по-настоящему соприкоснулась с магией. И это что-то пробудило в тебе.

– Это не может быть правдой, – сказала Зейлан.

– Как думаешь, сколько мне лет?

Зейлан оглядела женщину, которая выглядела так, будто уже давным-давно должна была обрести вечный покой.

– Семьдесят? – неуверенно предположила она, потому что редко встречала людей в таком преклонном возрасте. Чаще до таких лет доживали дворяне, потому что на улице людей рано или поздно заставала болезнь или зима, если, конечно, им не помогали расстаться с жизнью другие люди.

Уголки рта Эстрид едва заметно дрогнули:

– Мне сто семьдесят два.

Зейлан выпучила глаза:

– Как такое возможно?

– Магия. Из-за нее я, как и Хранители, старею медленнее. Так что можешь мне поверить.

Зейлан поджала губы. Она знала, что магия способна на это, и то, что говорила Эстрид, могло быть правдой, но никак не могла соотнести все это с самой собой! Ведь сразу после обращения она ничего не могла подавлять!

– После того как нас сделали Хранителями, состоялся пир. На нем прямо рядом со мной двое Благих творили огненную магию. Помните? Развлекая Хранителей, они придавали огню разнообразные формы, и без всяких проблем, хотя я была совсем близко.

Ли с Кираном кивнули.

– В тот день твой дар только пробудился. Чтобы освоить его, требуются время и практика. Это как у фейри. Обостренные чувства, заживление ран – все это происходит само по себе, без какого-либо влияния с твоей стороны, как только появляется доступ к магии. Это как дышать. Ты вдыхаешь воздух, и тело работает. Другие навыки, такие как подавление магии, приобретаешь терпением и практикой. Мой дар противостоять магии впервые проявился в тот день, когда более ста пятидесяти лет назад на меня на черном рынке напал фейри, посчитав, что я у него что-то украла. Если бы этого не произошло, я бы, наверное, никогда и не узнала о своем даре.

– Гвардейцы, – прошептал Киран.

Зейлан кивнула:

– Да, я какое-то время сидела в темнице Нихалоса. Два фейри напали на меня, и один из них зарезал меня магическим оружием. Я думала, что умру…

– А, околосмертельный опыт, – кивнул Хилариус. – Это очень мощный спусковой крючок.

– Я… я даже не знаю, что об этом и думать, – пробормотала Зейлан.

– А что вы имели в виду, когда говорили, что Темные могут присваивать себе магию фейри? – спросил Киран. Его взволнованный взгляд устремился на старуху.

– Прежде всего Темные могут останавливать стихийную магию фейри, но кроме того – можем поглощать ее и использовать в своих целях. Если, конечно, будем обучаться этому, что в последние столетия было попросту невозможно.