По-дружески друзьям не изменяет вдруг.

Собака – говорю! Но так ли ты уверен,

Что подлинный твой друг тебе до гроба верен?

И сердцевину тайн, доверенных ему,

Не обнажит вовек по слову своему?

Испытывай друзей и голодом и жаждой,

Любовью испытай! Но только раз – не дважды.

***

И ты хорошенько запомни, откуда берётся вражда:

От праздной, неумной насмешки, которая

                                 братству чужда.

***

Душа к совершенству стремится, к насмешке – лукавый язык.

***

Прекрасен рот, но в логовище рта

Беда для человека заперта.

Язык его таит и зло и грех.

Молчанье – вот сокровище для всех!

Слова любви – как золото зари…

Такое, если можешь, – говори!

Но слово зла скатится с языка —

Гони его, как беркут бирюка.

***

Слово с делом примири, чтоб уста и сердце впредь

Не напомнили тебе позолоченную медь.

***

Человек хорош, коль светел изнутри.

На блистательную внешность не смотри.

***

Свершай только то, что почтил бы хвалой,

Когда совершает такое другой.

***

Спастись ты в силах от любой печали,

Но от невежества спасись вначале.

***

От древа дружбы с глупым – горек плод,

С глупцом сойдёшься, не избегнешь бед.

Хоть и не хочет, зло он принесёт.

Хоть не стремится, принесёт он вред.

***

Не золота, а мудрости добудем:

От золота нет разуменья людям.

Лишь тот, кто вызволит тебя из круга

Несчастья, – заслужил названье друга.

Не хвастай добродетелью: пороком

Ты сделаешь её одним намёком.

Вред человеку тот язык приносит,

Что ради пользы слов не произносит.

Коль говоришь, не говори дурного:

Дороже золота благое слово.

Добросердечье – это одеянье:

Одевшись, делай доброе деянье.

Твои деянья сдержанность упрочит,

Тебя высокомерье опорочит.

Будь с тем, кто внутренней красой и внешней

Красив, – и счастлив станешь в жизни здешней.

Чтобы чужие сделались родными,

Любовно всем добром делись ты с ними.

Лишь мягкость украшает человека,

Лишь знанье возвышает человека.

Один лишь час в невежестве пробудешь, —

Навек себя к невежеству присудишь.

***

Коль на земле прославлен добротою,

То не прельщайся ты земной тщетою.

Один, но умный враг ценней стократно,

Чем сто друзей, чья глупость так отвратна.

Пусть умный друг и возрастом моложе, —

Он старика безмозглого дороже.

Будь кроток, мягок, нежен в разговоре:

От вспыльчивости – слушающим горе.

Кто мягок, тот сердца людские манит,

От жёсткости и свежий цвет увянет.

Страшись, чтоб скаредность не овладела

Тобой: у скаредности нет предела.

Вредит себе, кто хочет слишком много:

К погибели ведёт его дорога.

***

Какую б ты своей рукой

Ни заработал малость,

Она милее мзды большой,

Что без труда досталась.

***

Уж лучше ты не занимайся делом,

Коль в нём себя считаешь неумелым.

***

Беда тому, кто на себя взвалил

То дело, что исполнить нету сил.

***

Презренен, кто стремится прочь

От тех, кому бы мог помочь.

***

Свершая доброе деянье,

Не жди добра в ответ.

Сведёт такое ожиданье

Добро твоё на нет.

***

Когда участвуешь ты в скачке спора,

Не горячись, и упадёшь не скоро.

Уничтожен ты или велик,

Тому причина – твой язык.

АЛ-АНСАРИ

Ал-Ансари ал-Харави, Абу Исмаил Абдаллах б. Мухаммад (1006—1089) – известный суфий-ханбалит, родом из Герата. Отец его был суфием и сам познакомил сына с началами мистицизма. В девятилетнем возрасте Абдаллах начал обучиться хадисам. В 1026 г. в целях продолжения обучения ал-Ансари ал-Харави отправился в Нишапур, затем в Тус и Бистам. В 1031 г. он ненадолго остановился в Багдаде, где посещал занятия видных хакбалитов. Вскоре после этого он встретился со знаменитым персидским суфием Абу-л-Хасаном ал-Харакани. Встреча с этим малообразованным восьмидесятилетним старцем, последователем традиции Абу Йезида ал-Бистами, сыграла решающую роль в его жизни и духовном развитии. Затем он вернулся в Герат, где стал заниматься обучением и вёл активную полемику против мутазилитов и ашаритов.

С захватом в 1041 г. Восточного Ирана Сельджунами для ал-Ансари ал-Харави начался период гонений – над ним нависла угроза расправы, трижды его ссылали. Последние двадцать лет его жизни, хотя преследования окончательно не прекратились, прошли более спокойно – он пользуется признанием, слава его выходит далеко за пределы Герата, халиор ал-Каим посылает ему почётные одежды. В конце жизни он потерял зрение и умер в родном городе, удостоенный титула шейха ал-ислама.

Согласно ал-Алсари ал-Харави, суфизм только углубляет понимание Корана и сунны и является их продолжением. Исходя из убеждения, что вера не нуждается в доказательствах разума, которые только разрушают её, ал-Аксари ал-Харави считал спекулятивное богословие «предосудительным новшеством» и боролся с ним всю свою жизнь. В вопросах психотехники он выступал против крайностей Пути, большое значение придавал любви к Богу и призывал учеников постоянно и строго контролировать свои мистические переживания. Биографы единодушно восхваляют его необычайное благочестие и широту познаний во всех областях религиозных наук.

Тематика сочинений ал-Ансари ал-Харави, написанных на арабском и персидском языках, отражает его разносторонние интересы.

***

Старайся оберегать сердца, покрывай недостатки людей и веру за этот мир не продавай!

***