Читаем Судьба Иерусалима полностью

Они с Марком вылезли, Джимми нес с собой черную сумку. Поднявшись на крыльцо, Джимми позвонил. Звонок не работал, и он начал стучать. На стук не выглянул никто ни в этом доме, ни в соседнем. Там у подъезда тоже стоял автомобиль.

Джимми толкнул дверь, но она оказалась заперта.

— В машине сзади лежит молоток, — сказал он. Марк принес его, и Джимми разбил стекло двери рядом с ручкой. Просунув руку, он отпер дверь. Они вошли.

Зловоние было нестерпимым, и Джимми заткнул нос. Не такое сильное, как в доме Марстенов, оно, однако, было там же — запах гниения и смерти. Джимми вдруг вспомнил, как в детстве они с приятелем ездили на мопедах собирать пустые бутылки, когда сходил снег. В одной из этих бутылок (апельсиновый лимонад) он увидел маленькое тельце полевой мыши. От ее запаха его тут же стошнило. Этот запах был таким же — старый пот и гнилое мясо вместе взятые. Он почувствовал тошноту.

— Они тут, — сказал Марк. — Где-то.

Они методически обыскали дом — кухня, комната, две спальни. Открыли все шкафы. Джимми рассчитывал найти что-нибудь в шкафу в хозяйской спальне, но там оказалась только куча старого тряпья.

— Подвала нет? — спросил Марк.

— Нет, но могут быть какие-то тайники.

Они еще раз осмотрелись и нашли маленькую дверь, ведущую в бетонный фундамент дома. На ней висел старый замок. Пяти ударов молотка Джимми оказалось достаточно, и, рванув дверь, он отшатнулся от волны смрада.

— Вот где они, — сказал Марк.

Войдя, Джимми увидел три пары ног, уложенных в ряд, как трупы на поле брани. Одна пара была в рабочих ботинках, другая в шлепанцах, третья — детская — босая.

Семейная сцена, мелькнула у Джимми безумная мысль. «Ридерс Дайджест», где же ты? Вот и ребенок. Как нам сделать это с маленьким ребенком?

Он пометил дверь синим карандашом и повесил сломанный замок обратно.

— Пошли дальше, — сказал он.

— Подождите, — возразил Марк. — Давайте вытащим одного из них наружу.

— Выт… Зачем?

— Может, дневной свет убьет их, — сказал Марк. — Может, нам не придется возиться с колами.

Джимми почувствовал некоторую надежду.

— Ладно. Только кого?

— Не ребенка. Отца. Возьмите его за ноги.

— Ну хорошо, — сказал Джимми. Рот у него сразу высох, и слова прозвучали сипло.

Он снял с Роя Макдугалла ботинки и потащил. Марк взялся за другую ногу, и вдвоем они вытащили его на солнце.

То, что случилось потом, было почти неописуемо. Макдугалл начал извиваться, едва свет попал на него. На теле у него выступил пот, кожа пожелтела. Под тонкой кожей прикрытых век выкатились глазные яблоки. Ноги медленно и сонно дергались, верхняя губа поползла вверх, обнажая клыки, похожие на собачьи. Руки начали хватать землю, одна из них уцепилась за рубашку Марка, и он отбросил ее с криком омерзения.

Рой повернулся и пополз назад к своему убежищу на четвереньках, измазав грязью лицо и руки. Джимми заметил, что на свету у него началось какое-то полуискусственное дыхание, прекратившееся, как только он вернулся в тень. Тогда же закончилось и потовыделение.

Вернувшись на прежнее место, Макдугалл вытянулся и больше не шевелился.

— Закройте их, — сказал Марк дрожащим голосом. — Пожалуйста, закройте.

Джимми повесил замок на дверь. Перед глазами его все еще стоял Макдугалл, извивающийся в грязи, как огромная змея. Ему казалось, что это зрелище никогда не изгладится из его памяти — даже если он проживет еще сто лет.

38

Они стояли под дождем, дрожа и глядя друг на друга.

— Что, пойдем дальше? — спросил, наконец, Марк.

— Да. Макдугаллы должны были первыми напасть на соседей.

Они перешли через дорогу, и уже у дверей запах разложения ударил им в нос. На дверной табличке была фамилия Эванс. Джимми кивнул. Дэвид Эванс и его семья. Он работал автомехаником в ремонтной мастерской в Гэйтс-Фоллс. Пару лет назад он его лечил от чего-то вроде кисты.

Здесь звонок работал, но никто не отвечал. Миссис Эванс они нашли в постели. Там же в другой кровати лежали двое детишек в одинаковых пижамах. Дэйва Эванса они искали дольше. Он спрятался на чердаке над маленьким гаражом.

Джимми сделал метку на входной двери и на двери гаража.

— Дело идет, — сказал он.

Марк невпопад спросил:

— Можете подождать? Мне нужно вымыть руки.

— Конечно, — ответил Джимми. — Я бы тоже не отказался. Думаю, Эвансы уже не станут возражать.

Они вошли, и Джимми сел на один из стульев в комнате, закрыв глаза. Скоро он услышал звук льющейся воды в ванной.

На темном экране глаз он видел стол могильщика, дрожащую простыню, сползающую с тела Марджори Глик, ее вытянутую в воздухе руку…

Он открыл глаза.

В этом доме было уютнее, чем у Макдугаллов. Он никогда не встречал миссис Эванс, но был уверен, что в этом чувствовалась ее рука. В маленькой кладовке стояли детские игрушки. Бедные дети, подумал он.

Там были велосипед, разные пластмассовые игры и игрушечная бензоколонка, игрушечный бильярд.

Внезапно он подскочил.

«Голубой мел. Три лампы в ряд. Люди вокруг зеленого стола в ярком свете, метящие кончики пальцев голубым мелом».

— Марк! — закричал он, вскакивая со стула. — Марк!

Марк выбежал из ванной посмотреть, что случилось.

39