Читаем Судьба Иерусалима полностью

В полтретьего навестить Мэтта пришел его давний ученик (64-й, «А» класс по литературе). Он спрашивал Мэтта, неужели он действительно верит в существование тайных сил. Мэтт не мог вспомнить, зовут его Герберт или Гарольд.

Мэтт, читавший «Таинственные исчезновения», когда вошел Герберт-Гарольд, со вздохом отложил книгу. Он ждал звонка, хоть и знал, что до трех они не смогут попасть в школу на Брук-Стрит. Он надеялся узнать, что случилось с отцом Каллагеном. День, казалось, проходил с тревожащей быстротой — а еще говорят, что в больнице время течет медленнее.

Он начал рассказывать Герберту-Гарольду о городке Момсон, штат Вермонт, про который только что прочитал. Он счел ее особенно интересной, поскольку подумал, что там могло случиться то же, что в Джерусалемс-Лот.

— Все исчезли, — сказал он Герберту-Гарольду, слушавшему с вежливой, но не очень скрываемой, скукой. — Маленький городок в северном Вермонте. Население 312 человек по переписи 1920 года. В августе 23-го женщина в Нью-Йорке забеспокоилась, что ей не пишет сестра. Они с мужем поехали туда и первыми сообщили об этом в газеты, хотя я не сомневаюсь, что соседи знали об этих исчезновениях. Так вот, они приехали в город и никого там не нашли. Все дома стояли пустыми, и в одном месте стол даже был накрыт к ужину. Эта история наделала шуму в свое время. Автор этой книги упоминает, что в соседних городах люди рассказывают странные вещи… про духов и все такое. На некоторых сараях до сих пор можно видеть кресты. Вот фотографии некоторых зданий Момсона. Что ты об этом думаешь?

Герберт-Гарольд вежливо поглядел на фото. Обычный городишко с несколькими домами и магазинами. Некоторые отвалились, может быть, под тяжестью снега. Таких городов в стране пруд пруди. Старик просто впадет в маразм. Герберт-Гарольд подумал о своей старой тетке, вообразившей, что ее дочь убила ее любимого попугая и подсунула ей вместо курицы. У этих стариков всегда какие-то странности.

— Очень интересно, — промямлил он. — Но не думаете же вы… мистер Берк? Мистер Берк, вам плохо! Вы… эй, сестра! Сестра!

Глаза Мэтта уставились в одну точку. Одна рука сжала угол простыни, другая упала на грудь. Лицо его сделалось бледным, в центре лба пульсировала жилка.

«Слишком скоро, — успел подумать он. — Жаль…»

Боль, набегающая волнами, несла его в темноту. Последней мыслью было: «Где же они?»

Потом все померкло.

Герберт-Гарольд выскочил из палаты, опрокинув стол и уронив стопку книг. Сестра уже спешила навстречу.

— Там мистер Берк, — сказал Герберт-Гарольд. Он еще держал книгу, раскрытую на фотографии Момсона, штат Вермонт.

Сестра кивнула и вошла в палату. Мэтт лежал тихо, с закрытыми глазами.

— Он что…? — спросил с опаской Герберт-Гарольд.

— Думаю, что да, — коротко ответила сестра, нажимая кнопку вызова. — Вам теперь лучше уйти.

Теперь она снова была спокойна и пожалела о недоеденном ланче.

40

— Но в Лоте нет бильярда, — сказал Марк. — Ближайший в Гэйтс-Фолле. Разве он может прятаться там?

— Нет, — сказал Джимми. — Уверен, что нет. Но у некоторых могли быть бильярдные столы дома.

— Наверное, да.

— Я еще что-то припоминаю, — сказал Джимми.

Он закрыл глаза и прикрыл их руками. Было что-то еще, что ассоциировалось у него в сознании с пластмассой. Что же это? Пластмассовые игрушки, пластмассовая посуда для пикников, пластмассовые коврики…

Внезапно перед ним явственно предстала картина бильярдного стола, закрытого пластмассовым ковриком, в сочетании с голосом, произносящим: «Надо бы продать его, пока он не заплесневел — Эд Крейг говорит, что он может, — но это же Ральфа…».

Он открыл глаза.

— Я знаю, — сказал он. — Знаю, где Барлоу. Он в подвале в пансионе Евы Миллер.

И это было так; теперь он знал. Он чувствовал это. Глаза Марка ярко сверкнули.

— Так поехали туда!

— Погоди.

Он подошел к телефону, нашел в книге номер Евы и медленно набрал. Ответа не было. Десять гудков, одиннадцать. Двенадцать. Он положил трубку, испуганный. У Евы было по меньшей мере десять жильцов, многие из них старики. В доме всегда кто-нибудь оставался.

Он посмотрел на часы. Было четверть четвертого, и время шло.

— Поехали, — сказал он.

— А Бен?

Джимми сказал мрачно:

— Позвонить мы не можем. В твоем доме не работает телефон. Если мы поедем сейчас к Еве, у нас еще останется время уехать, если мы ошиблись. Если же мы правы, то мы вернемся, захватим Бена и покончим со всем этим.

— Дайте мне только надеть рубашку, — сказал Марк и побежал в ванную.

41

«Ситроен» Бена еще стоял возле дома, усыпанный теперь мокрыми листьями с росших вокруг вязов. Ветер дул сильнее, но дождь опять кончился. Вывеска «Комнаты Евы» раскачивалась на ветру. Дом стоял тихий и зловещий, будто чего-то ожидающий, и Джимми ощутил неприятную дрожь. Он был теперь похож на дом Марстенов. Он подумал, не совершал ли кто-нибудь здесь самоубийства. Ева должна была это знать, но он сомневался, что она сказала бы это… или еще что-нибудь.

— Превосходно, — сказал он задумчиво. — Устроиться в местном пансионате и окружить себя верными слугами.

— Вы уверены, что нам не нужно съездить за Беном.

— Потом. Пошли.