Читаем Строптивая полностью

В семь утра на следующий день после смерти Гектора Парадизо Филипп сидел в небольшом зале на бульваре Робертсона в Западном Голливуде, читая «Лос-Анджелес Трибьюнэл» и попивая кофе из картонного стаканчика в ожидании начала собрания анонимных алкоголиков. Он просматривал газету в поисках информации об ужасном событии, к которому оказался причастен. Его удивило, что об этом не упоминалось ни на первой странице, ни вообще в первой тетрадке. Еще больше удивило то, что об этом не было ни слова в разделе городской жизни, где публиковались местные новости. Наконец на странице с некрологами он обнаружил совсем неприметное, небольшое сообщение о смерти Гектора Парадизо. Он свернул газету пополам, потом в четверть, чтобы прочесть сообщение снова и узнать, есть ли в нем какая-нибудь новая информация.

– Что-то подозрительно, – сказала девушка, сидевшая на соседнем стуле и читавшая газету через его плечо.

– Хм? – произнес Филипп.

Девушка, пахнущая дорогими духами и шампунем, ткнула красивым наманикюренным ногтем в сообщение о смерти Гектора Парадизо.

– Говорю, что эта история не внушает доверия, – сказала она.

Филипп повернулся и посмотрел на нее. Она была молодая и очень хорошенькая, с темно-рыжими волосами и живыми голубыми глазами, взгляд которых выражал что-то среднее между кокетством и насмешкой. Хотя она была модно одета, ее манеры, голос и то, как она сидела, не соответствовали дорогой одежде. В ней было заметно больше чувственности, чем светскости, и Филиппу показалось странным и поразительным ее присутствие в столь ранний час на таком скучном мероприятии, как собрание анонимных алкоголиков на бульваре Робертсона.

– У меня такое же мнение, – сказал он.

– Хотите знать, что я думаю? – спросила она.

– Конечно.

– Он пошел на прием к Паулине Мендельсон, правильно?

– Откуда вы знаете?

– Он всегда ходил на приемы Паулины Мендельсон. Он был ее любимчиком. Вы наверняка знаете, что все светские дамы имеют любимчиков.

Филипп улыбнулся. Она ему нравилась.

– Но откуда вы вообще знаете, что у Паулины Мендельсон был прием?

– Я прочла об этом в колонке Сирила Рэтбоуна в «Малхоллэнде», – ответила она, пожимая плечами. – Я всегда читаю светскую хронику.

– Продолжайте.

– По моему сценарию, он по дороге домой зашел в «Мисс Гарбо»?

– Что такое «Мисс Гарбо»?

– Вы новенький в городе?

– Да.

– Это бар с кабаре. Место, куда состоятельные джентльмены с определенными наклонностями заходят по дороге домой с фешенебельных собраний, таких, как прием у Паулины Мендельсон, уловили мой намек?

Филипп кивнул, он уловил намек.

– Откуда вы так много знаете? – спросил он.

– Моя последняя работа. Я знавала таких парней. – Как Гектор Парадизо?

– Да. Я даже Гектора знала.

– Какая же была ваша последняя работа?

– Мы говорим о Гекторе, а не обо мне, – отрезала она.

– Конечно. Как вас зовут?

– Фло.

– Фло, а дальше?

– Фло М., – ответила она, делая ударение на М.

– О, да, извините. Я слабоват по части анонимности, – сказал Филипп.

– А зря. Я придерживаюсь правил. Никаких фамилий в «Анонимных алкоголиках».

– Вы правы. Извините. Я – Филипп Квиннелл.

– К., – поправила она. – Вы – Филипп К.

– Нет, не К., а Кв., – сказал он. – Я Филипп Кв.

– Что ж, я никогда не была сильна в грамматике, – сказала Фло, улыбаясь. – Вы не возражаете, если я закурю?

– Нет.

– Некоторые возражают. Теперь проводят так много собраний для некурящих. Главным образом по этой причине я прихожу сюда в такую рань, потому что здесь можно курить.

Она открыла сумочку, висевшую на плече на золотой цепочке и вынула золотой портсигар. Филипп заметил, что ее имя, Фло, было выложено сапфирами на крышке.

– Я бросила курить, но я так люблю этот портсигар, что не могу положить его в ящик и больше никогда не пользоваться.

Она прикурила сигарету от золотой зажигалки.

– Ну, это не основательная причина, – сказал Филипп.

– Для меня основательная, – ответила Фло. – Каждый раз, когда я открываю эту красивую коробочку, то вспоминаю о своих прежних проступках. Когда я употребляла наркотики, то держала в нем сигареты с марихуаной.

Филипп рассмеялся. Он хотел было еще расспросить ее о Гекторе Парадизо, но началось собрание. Фло пересела на стул позади него. Ни он, ни она не подняли руки, чтобы участвовать в собрании, но оба внимательно слушали выступавшего и смотрели на участников.

В конце собрания, во время молитвы, Филипп оглянулся на Фло. Она повторяла слова молитвы с закрытыми глазами, держась за руки соседей, сигарета свисала с ее губ.

– Увидимся на Родео-Драйв в пятницу вечером? – спросил он, когда они покидали собрание.

– О, нет, я никогда не хожу на собрания на Родео-Драйв. Впрочем, и на собрания на Седарс-Синай по воскресеньям тоже. Слишком людно там. Мне нравятся собрания, как здесь. Не встретишь никого из знакомых.

Филипп кивнул, озадаченный.

– Не хотите ли со мной пообедать как-нибудь вечером? Фло посмотрела на него и улыбнулась.

– Нет, я уже приглашена, – сказала она.

Он понимающе кивнул.

– Я не напрашиваюсь, если вы так подумали, – сказал он.

– О, неужели? – сказала Фло, улыбаясь, и погрозила пальцем.

Филипп засмеялся.

– Вы действительна так подумали?