(92, 1) Итак, доводы язычников неосновательны, ибо средства обнаружения истины всегда находятся в руках ищущего, и каждый под разными предлогами отказывающийся их использовать, не имеет прощения и подлежит осуждению. (2) Необходимо либо признать, либо полностью отрицать возможность доказательства. Несомненно, все согласятся, что такая возможность есть, за исключением разве тех, кто отрицает реальность чувственного восприятия. (3) И если доказательное знание возможно, то необходимо вникнуть в него и установить доказательным путем и средствами Писания, в чем именно еретики заблуждаются и что истине и древней Церкви принадлежит привилегия обладания достоверным знанием и воистину совершенным учением (αὶρέσεις). (4) Из отвергающих истину одни обманывают лишь себя самих, другие же соблазняют и своих ближних. (5) Первые являются людьми самонадеянными, считающими себя мудрецами и воображающими, что владеют истиной. Между тем знание их бездоказательно и они зря льстят себя надеждой, что исследование их достигло конечного предела. Среди них много и таких, которые боятся исследования из страха быть опровергнутыми и отвергают наставления, опасаясь осуждения. (6) Те же, кто сознательно вводит других в заблуждение, весьма лукавы. Они хорошо сознают свое невежество, однако затемняют истину правдоподобными доказательствами. И эти правдоподобные доказательства, я полагаю, по своей природе весьма отличны от подлинных. (7) Мы знаем, что и само слово «ересь» означает противоположного истине. Такими средствами различные софисты, изобретая различные уловки на погибель людям и облекая их в специально для этого изобретенные формы, добиваются лишь права встать во главе какой-либо школы, но не возглавить церковь.

XVI. Писание как критерий истины

(93, 1) Люди, склонные к поиску наиболее совершенного, никогда не признают что-либо истинным прежде, чем найдут подтверждение тому в Писании. (2) Некоторые критерии [истинности] являются общими для всех людей. Таково, например, чувственное восприятие. Однако те, кто прилагают свои старания и энергию к поиску истины, кроме того с помощью ума и рассудка и с использованием особых методов научаются отличать истинные суждения от ложных. (3) Но самое важное в этом деле – это отказ от поспешных суждений, которые часто встают на пути между точным знанием и скороспелым мудрствованием. Ожидающий вечного покоя знает, что путь к нему труден и узок.[1617] (4) Но однажды просвещенный Евангелием и, как говорит Писание, «увидевший спасение»[1618] в тот час, когда познал, «да не смотрит вспять, как жена Лота»[1619], не цепляется всеми своими чувствами за прежнюю жизнь и не уклоняется в ереси. Они вечно спорят, но истинное знание о Боге им чуждо. (5) «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф. 10:37), то есть не может стать сыном Бога, сделаться Его учеником, другом и сродниться с Ним. (6) «Ни один озирающийся назад и возложивший руку свою на плуг не благонадежен для Царствия Божия».[1620]

(7) Многие и ныне согласятся, что Мария через рождение Сына стала матерью, и все же последствий материнства не испытала. (Ибо, как говорят, по рождении она была осмотрена повивальной бабкой и оказалась девой.) (94, 1) Таковы для нас божественные Писания: будучи матерью истины, они порождают нас и все же вечно остаются девственными, скрывая в себе таинство, облекающее истину. (2) «Родила она и не родила»[1621], – говорит Писание, показывая, что Мария зачала сама, без плотского общения. (3) Писание породило гностиков, однако ересь же, не постигнув этой истины, отвергает Писание как бесплодное. (4) Способность к суждению одинаково свойственна всем людям, но одни, следуя наставлениям Логоса, делаются верующими, другие же, предавшись страстям, насилуют Писание им в угоду. (5) Вот почему ревнителю истины должна быть свойственна великая сила духа, ибо кто предпринимает великие дела, подвергается и великим искушениям. Ему приходится соответствовать тому канону истинного учения, который он однажды признал таковым. (6) Несчастны оставившие этот прямой путь: они все время спотыкаются, и неудивительно: ведь у них нет критерия для различения лжи от истины, который позволяет вычленять главное. Если бы они имели его, то во всем следовали бы Писанию.