Читаем Стрела времени полностью

Теме науки посвящен и рассказ Артура Кларка, видного английского ученого, председателя Британского астрономического общества, лауреата премии Калинги, дающейся за исключительные заслуги в распространении знаний. В его лучших произведениях понятия и формулы астрономии, физики, химии становятся сюжетообразующим началом, определяют судьбы героев, очеловечиваются, зовут к деятельности ума и рук. Читатель здесь прикоснется к пугающей и манящей тайне бесконечности материи, почувствует, что человечество лишь на пороге пути, озаряемого подвигами разума; что сегодня, в конце XX века, перед нами не тупик, а неохватный горизонт, зовущая даль.

А нужна ли нам тайна вообще?

Очень нужна! Потому что воспитательный эффект необъясненного поистине огромен. То, что понято, измерено, разложено по полочкам, — сухо и скучно, из него как бы вынута душа. Одним из залогов радости научного творчества как раз и является принципиальная непознаваемость мира. Именно это пробуждает энтузиазм, стремление, энергию исследователя. При объясненности массы окружающих феноменов, используемой человеком в практике бытия, непознанным остается главное: причина существования всего и вся. Она-то и заставляет настоящего ученого заниматься частностями — он ощущает их своего рода ступеньками, приближающими к важнейшему.

Нераскрытая тайна является центром многих включенных в сборник рассказов. Исподволь в “Стреле времени” Кларка наступает на Вселенную угрожающая ей энергетической смертью энтропия; угрюма, величава черная бездна космоса в “Специфике службы” Клиффорда Саймака; в мир отвлеченных математических идей, в непостижимую бесконечность уводят читателя загадочные четвертое и пятое измерения, описанные Мартином Гарднером в “Нульсторон-нем профессоре”; подходом к парадоксу времени выступает почти детективный рассказ “Лицо на фотографии” Джека Финнея, а тема рассказа писательницы Ле Гунн — невозможность оторваться от собственного “я”, чтобы постигнуть другое. И всему изображенному веришь, ибо после того, как принял первую и единственную фантастическую посылку автора, все остальное подчиняется строгой логике причин и следствий.

“Девять жизней” Урсулы Ле Гуин — одно из первых ее произведений. Подобно метеору ворвалась эта американская писательница в среду признанных мастеров научной фантастики и сразу заняла там почетное место, сумев ввести в жанр новый для него материал, прибавив к традиционно близким фантастике точным наукам еще и гуманитарные: этнографию, историю, социологию.

Если признать, что в фантастике есть “физики” и “лирики”, то последнее направление, бесспорно, возглавляет автор знаменитых “Марсианских хроник” Р.Брэдбери — не столько певец достижений, рожденных в лабораториях и конструкторских бюро США, сколько исследователь той части нашего внутреннего мира, куда расчеты и таблицы не имеют доступа. Вера — вот что движет его пером. Вера в высокое призвание человека, в его абсолютное будущее, в то, что самому устройству Вселенной свойственны любовь, доброта и честь. И наука, как ни бесстрастны ее формулы, имеет движителем именно нематериальные категории — веру и энтузиазм. Ибо продолжать трудиться и исследовать можно лишь до той поры, пока, как мы уже говорили, к этому есть страстный интерес, зависящий, в свою очередь, от желания стремиться к совершенству. Самые величественные подвиги знания вызваны в конечном счете сердцем. “Апрельское колдовство” и “Холодный ветер, теплый ветер” — о том трепетном, тонком и нежном, что есть в нашей душе, о нашей неотделимости не только от жизненной суеты, но от животных и растений, дождя и ветра, от всего огромного, что зовется мирозданием.

В книгах Айзека Азимова научная фантастика выходит на сцену в одной из лучших своих ролей. Даже самые фантастические посылки автора ни в коем случае не антинаучны и при всей сложности заключенного в них материала приводятся к человеческому смыслу, становятся художественной литературой, доступной любому читателю и неизменно занимательной. А Роберт Шекли, которого любят и почитают поклонники научной фантастики во всем мире, — это легкое, быстрое перо, острый, с неожиданными поворотами сюжет, смелый гротеск при точных подробностях жизни, не знающая удержу фантазия, праздничное изобилие эмоций. И все это не просто так, не для забавы, но затем, чтобы выделить ту или иную из проблем, осаждающих сегодня современников, высказать о ней вполне определенное, очень часто парадоксальное мнение.