Столько тайн во гробе Иисуса для веры и надежды: менее ли для любви? Хочешь знать, как должно любить Бога и ближнего? — Не спрашивай о сем никого: взгляни на распятого Господа и познаешь, что значит любовь истинная. Хочешь ведать, до чего следует простираться терпению, смирению, преданности и незлобию? Не умствуй много о сих добродетелях: взгляни на распятого Господа, и увидишь, где им предел и какая мера. Ищешь побуждений к покаянию, средств к тому, чтобы согреть оледеневшее от греха сердце? Обними мыслями живоносное Тело: если оно не согреет твоего сердца, то ему остается один пламень адский. Все найдешь во гробе Спасителя, всему научишься у Креста: только, представ сему гробу, заставь умолкнуть в себе все земное, удали от себя суеты и заботы, расстанься с миром, останься один с Иисусом. Ах, останься! Ужели не можешь пребыть с Ним единым и единого часа? И для чего пребыть? Дабы принять от Него оставление грехов; дабы услышать: днесь со Мною будеиш в раи — оправдания, дабы потом быть и в раю вечного сожительства. Без сего, что пользы от стояния у Креста, от поклонения гробу? С рассеянными мыслями тотчас рассеются и благие впечатления, здесь полученные; огонь небесной любви, возженный от гроба, скоро погаснет от наглого дуновения страстей; вопли плоти и крови не замедлят заглушить тихий глас пробудившейся совести. Святая Церковь видит сию опасность, и посему-то так заботливо предостерегает от оной.

Да умолкнет убо, братие, да умолкнет всякая плоть человеча, и да стоит здесь со страхом и трепетом, и ничто же земное в себе да помышляет. Аминь.

V

Когда дети соберутся ко гробу отца, или подданные ко гробу владыки, то после слез и сетования первым делом их бывает узнать последнюю волю умершего. В прошедшие дни, братие, и мы сетовали, воздыхали и молились, воспоминая страдания и смерть Господа нашего. Время теперь, окружая гроб Его, узнать и Его последнюю волю о нас. Быть не может, чтобы Он отошел от нас к Отцу, не оставив нам какого-либо завещания. Но се, и книга завета на персях Его! Дерзнем, братие, дерзнем разогнуть сию священную книгу, да увидим и услышим, что речет о нас Господь (Пс. 84; 9).

О братие, Он речет мир на люди Своя (Пс. 84; 9).

Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не якоже мир дает, Аз даю вам (Ин. 14; 27) и Аз завещаваю вам, якоже завеща Мне Отец Мой, Царство (Лк. 22; 29).

Боже мой, к нам ли это завещание? Господи, нам ли сидеть на том престоле, на коем восседишь Ты? Но Твое Царство, Твоя и воля! Без Тебя мы все ничто, с Тобой каждый из нас — все! Не напрасно возшел Ты на Крест: после сего чуда, нет чудес, все естественно. Тебе угодно, чтобы где Ты, там был и слуга Твой (Ин. 12; 26). Не слугам пререкать сей святой воле. Готовы, Господи, готовы разделять с Тобою славу Царствия Твоего. Но рцы нам, что нужно для приятия сего Царства? Ты Сам не вдруг возшел на престол. Быть не может, чтобы нам дано было взойти на него вдруг.

Иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет (Мк. 8; 34). Иже не приимет креста своего и вслед Мене грядет, несть Мене достоин (Мф. 10; 38).

Не легкий скипетр для Царства, но скипетр! Не златой терновый венец, но венец! Кто говорит из гроба, Тот может требовать жизни. Кто положил за нас душу Свою (Ин. 10; 15–17), Тот не подаст нам вместо хлеба камней (Мф. 7; 9). Готовы, Господи, готовы принять из рук Твоих и крест. Но что делать нам, когда мы изнеможем под сим крестом? — Ты Сам ведаешь, как дух… бодр, а плоть… немощна (Мк. 14; 38). Ты Сам вопиял о помощи, когда был оставлен на кресте Отцом. Куда обратиться нам, когда изнеможем под крестом на пути к Царству, Тобою завещанному?

Да не смущается сердце ваше: веруйте в Бога и в Мя веруйте (Ин. 14; 1).

…без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15; 5). Но аще пребудете во Мне и глаголы Мои в вас пребудут, егоже аще хощете, просите, и будет вам (Ин. 15; 17).

Аминь, аминь глаголю вам: веруяй в Мя, дела, яже Аз творю, и той сотворит и болша сих сотворит: яко Аз ко Отцу Моему гряду (Ин. 14; 12).