Читаем Страна игроков полностью

Не много нашлось бы женщин, способных на равных состязаться с женой Реброва в мастерстве устраивать эффектные семейные сцены. И этот громадный чемодан в центре квартиры являлся, конечно, большой находкой Лизы, одной из вершин проявления ее специфического таланта. Она сама понимала это и была очень раздосадована, что не имеет зрителей, способных по достоинству оценить представление, и что ее попытки придать своему уходу максимум драматизма не очень расстроили мужа.

В то время как Лиза упаковывалась, Виктор сидел за своим столом и в сотый раз просматривал документы, накопившиеся при подготовке статьи о "Русской нефти". За последние недели это стало для него своеобразным вечерним ритуалом.

Он не знал, что заставляет его каждый день перебирать знакомые от первой до последней строчки бумаги. А точнее, не хотел признаваться себе в этом, потому что каждый раз, когда Ребров пытался докопаться до причин своего бессмысленного занятия, в нем поднималась громадная волна обиды она перехватывала горло и заставляла учащенно биться сердце. Виктор боялся захлебнуться в этом чувстве несправедливости, ведь он нисколько не сомневался, что, подняв шум вокруг той злополучной статьи, его просто подставили. Причем подставили как полное ничтожество, которое не может постоять за себя.

Папка с материалами о "Русской нефти" пополнилась теперь вырезками из газет, где говорилось о самоубийстве Андрея Лукина и убийстве Владимира Медведева. Однако это не давало Виктору ключика к разгадке ребуса, который занимал его мысли в последнее время: кто стоял за спиной руководства внешнеторговой фирмы и кто же все-таки заварил эту кровавую кашу?

Отчаявшись найти хоть какую-то зацепку и понимая, что вряд ли ему в руки попадут документы, напрямую указывающие на организаторов и исполнителей двух преступлений, Ребров занялся построением логических схем. Он попытался прикинуть, кто хотя бы теоретически мог быть заинтересован в таком развитии событий.

Было очевидно: если президента компании "Русская нефть" все-таки убили, то наиболее вероятны три версии. В соответствии с первой, с Лукиным могли свести счеты обыкновенные бандиты - из тех, что пытаются установить контроль над всем легальным бизнесом. Возможно, они требовали денег, но не получили их или получили меньше, чем хотели.

На чистом листе бумаги Виктор написал: "Рэкет. Наказание за строптивость" - и обвел эти четыре слова неровным кружком. Затем чуть ниже перечислил несколько аргументов, свидетельствовавших как в пользу этой версии, так и против нее.

К числу железных "за" можно было отнести то, что к середине девяностых годов в России практически не осталось компаний, даже крупных, которые не имели бы "крыши", то есть не опекались бы преступными группировками, собиравшими за такую принудительную "защиту" солидную дань. Однако "против" версии наказания за строптивость выступала не менее железная статистика: чаще убивали не тех, с кого брали деньги, а тех, кому их надо было отдавать.

К тому же со смертью Лукина возникала опасность ликвидации компании, приносившей устойчивый доход. На это "крыша", естественно, не пошла бы. А после убийства Медведева версия наказания вообще превращалась в бессмыслицу - новообращенный торговец куриными окорочками уже полгода не имел дел с "Русской нефтью" и сводить с ним счеты за то, что фирма не платила дань, было глупо.

Вторая версия предполагала, что Лукина убрали конкуренты. В переживаемую Россией эпоху дикого капитализма и бандитского передела собственности это был очень распространенный способ разрешения экономических конфликтов: как говорится, нет человека и нет проблемы. Ребров написал на другом листочке: "Конкуренты расчищают рынок" - и практически сразу же отложил его в сторону. Если это их рук дело, то опять же непонятно, зачем надо было убивать все того же Медведева.

Зато его смерть делала весьма реальной третью версию, в соответствии с которой кто-то из тайных хозяев нефтяной компании, заметая следы, убирал ближайших соратников, становившихся тем опаснее, чем больше денег они наворовали вместе и чем больше всяких темных операций было на их общем счету. Да и Медведев намекал на каких-то влиятельных людей, недовольных тем, как велись финансовые дела "Русской нефти".