Читаем Страх перед страхом полностью

– Милицию? – окончательно оторопела та. – А что ее вызывать? Димка – он же милиционер. Нет, я его сейчас разбужу!

И, не дожидаясь, пока ее остановят, она с удивительной быстротой отправилась будить соседа. Дуня застыла у двери. Через секунду оттуда снова послышался голос Петра. Он плакал – по-настоящему, жалобно и тихо. И причитал, уверяя, что у него сломан позвоночник и ему сейчас придет конец… Девушку будто жаром окатило. «А если правда? А вдруг он сейчас умрет? Мамочки! Да это я же его сбросила вниз, хотя и не толкала! А он скажет, что толкала! А я что скажу? Ой, мамочки…»

В глубине коридора послышались голоса, а потом тяжелые шаги – приближался разбуженный сосед. Это был уже знакомый Дуне персонаж – тот самый мужчина, которого она встречала на здешней кухне. Он подошел к двери, ероша свалявшиеся волосы, и без лишних разговоров принялся отпирать. Девушка робко отошла в сторонку. Она не смела вмешиваться после того, что заявил Петр. Да и присутствие милиционера, хотя без оружия и формы, несколько ее обнадеживало.

Между тем мужчина отпер дверь и, выглянув на лестницу, громко чертыхнулся:

– Это что, …? Петр, ты, что ли?

– Эта сука, – громко ответил тот, – мне все кости поломала. Ты ее не отпускай, держи!

Дуня инстинктивно отступила, хотя милиционер вовсе не собирался ее «держать». Он стоял, с каким-то отстраненным интересом разглядывая извивающегося на лестничной площадке парня. Тот делал попытку за попыткой подняться на ноги и каждый раз опускался на пол. Наконец с истеричными нотками в голосе Петр потребовал, чтобы ему, черт побери, помогли попасть в свою комнату и немедленно вызвали «скорую».

– Ты надрался, что ли? – дружелюбно и почти весело спросил сосед.

– Да говорю, она мне все кости…

Сосед наконец посмотрел на Дуню. Потом – опять себе под ноги. Петр уже переваливался через порог. На ноги ему так и не удалось встать, и он двигался в какой-то странной позе – на боку, ползком, волоча вытянутую ногу.

– Она тебе кости переломала? – присвистнул сосед. – Она – тебе? Слушай, ползи к себе и проспись. Ключи-то есть? А если наблюешь в коридоре, я тебе точно кости переломаю!

И отправился к себе, массируя отвисающий под майкой живот и громко позевывая на ходу, – как человек, заслуживший свой отдых и полноценный сон.

Дуня отбежала еще дальше от двери. Теперь она была под ненадежной защитой Анны Петровны – та приоткрыла дверь своей комнаты и готовилась туда юркнуть в случае опасности. Дуня встала на самом пороге ее комнаты – как-никак, а она всегда успеет спрятаться у старушки…

Но Петр находился далеко не в боевой форме. Он стонал, лицо побледнело, и было видно, что парня мучает настоящая, а не выдуманная боль.

– Петя, что с тобой? – пискнула старушка.

– Вы, блин, тетя Аня, лучше бы «скорую» вызвали! – рявкнул он, поворачивая голову в их сторону. – Чего смотрите? Я себе все на свете сломал!

– Да как?

– С чердака свалился!

И тут Дуня неожиданно услышала свой заливистый смех. Она хохотала так, будто ничего смешнее с нею никогда не происходило, и упустить такой случай посмеяться просто нельзя. Старуха изумленно глянула на нее и даже отступила на шаг, в глубь комнаты. А Петр окончательно побелел от злости.

– Тебя, сука, я еще достану! – пообещал он.

– Я тебя достану первая! – все еще смеясь, откликнулась она. – Куда ж ты уползешь, такой!

И, легко перепрыгнув через его распластанное на полу тело, она выскочила на лестницу. Ей вслед понесся прямо-таки звериный протестующий вой – но это ее уже ничуть не смущало. Путь вниз был свободен.

Вылетев до двор, девушка в нерешительности заметалась. Она не знала, что ей предпринять. Бежать отсюда как можно скорее? Да к чему? Он ее не догонит, а больше она никого всерьез не интересует. Торопиться некуда, нужно взять себя в руки. Сумка, по счастью, уцелела и все еще висела у нее на плече. Она достала оттуда записную книжку и направилась к выходу из этого сумрачного двора-колодца.

На улице, ближе к остановке, девушка нашла исправный таксофон. Набрала номер Врачей. Ответила ей незнакомая старушка, голос у нее был дрожащий и перепуганный. Видно, происходящие в квартире события глубоко потрясли престарелую мать милиционера. Дуня попросила Анну Петровну.

– Как, опять ты? – неприветливо переспросила та, узнав, кто звонит. – Дуня, что ж ты с ним сделала? Парня-то жалко! Он лежит на полу и не встает, плачет, как маленький…

– Анна Петровна, вы мне скажите только одно – к вам милиция приходила? То есть не к вам, а к Врачам? Говорил с ними кто-нибудь?

– Что?! – изумилась старуха.

– Следователь был у них? Следователь, говорю? – крикнула Дуня. – Помните, я вас спрашивала – видели вы такую маленькую темненькую девушку, она приходила к Людмиле четвертого мая? Так вот, должен был прийти милиционер насчет нее!

– Ой, да не видела я, не знаю, – залепетала вконец запутавшаяся старуха. – Никакой милиции не видела.