Она подняла глаза на Жаспера:

– А в компьютере есть еще что-нибудь? Нет упоминаний, где может находиться эта ферма?

Жаспер покачал головой, отдавая ей распечатку разговора:

– Об этом еще рано говорить, я слишком торопился, но в навигаторе нет ни накопленных связей, ни архивных данных, ни куков,[20] ни клиентов.[21] Я поискал изображения, видео, но не нашел ничего, кроме тех фотографий, которые вам показал. Я, конечно, загляну в документы, но надежды мало. На первый взгляд остальное для непрофессионала интереса не представляет. В любом случае буду держать вас в курсе.

Люси поблагодарила его и бегом вернулась на Набережную, потому что ей пришла в голову одна идейка. Она вспомнила о квитанциях с бензоколонок и о том месте, которое Прадье, похоже, регулярно посещал. Она подошла к Жаку Левалуа, уткнувшемуся в свой экран.

– Слушай, а ты не знаешь, у Прадье, случайно, не было другой собственности, кроме той, что в Шеси?

Жак посмотрел на часы:

– Знакомый Николя из налоговой сейчас как раз проверяет его выплаты по поземельному налогу. Он должен мне позвонить с минуты на минуту.

Люси протянула ему распечатку разговора Прадье с Хароном. Левалуа ознакомился с ней и серьезно посмотрел на Люси.

В этот миг зазвонил телефон.

– А вот и налоговая, – сказал он со вздохом.

73

Николя неподвижно сидел в своем кабинете, уронив голову на руки и закрыв глаза. Ему уже не удавалось связно размышлять, он и в самом деле чувствовал себя на краю пропасти. В висках так стучало, что казалось, будто череп вот-вот взорвется.

К счастью, таблетка, которую он проглотил, вскоре подействовала.

Лежавший в его кармане телефон Камиль завибрировал. Николя прочитал пришедшую эсэмэску.

У Николя не было сил отвечать. Он недавно провел кое-какой поиск насчет пересадок сердца, чтобы попытаться понять послание, которое оставил в мобильном телефоне Камиль доктор Кальмет. И сделал вывод, что молодая женщина, вероятно, страдает от хронического отторжения пересаженного органа – главной причины неудач в сердечной трансплантологии. Это явление рассматривается как главный риск, ставя под удар непосредственно жизнь пациента.

Яснее говоря, организм Камиль отвергал новое сердце и с большой скоростью уничтожал его. И не было никакой защиты от этой яростной иммунологической реакции.

Кроме нового сердца.

«Видите теперь, что всегда надо верить? Это невероятная удача. На такое нельзя было даже надеяться, а вот поди ж ты…» – написал врач. И это совсем новое сердце было здесь, ожидало где-то, наверняка еще билось в груди ее будущего донора.

Судьба, – подумал капитан. – Какое очередное редкое совпадение: чтобы как раз умер хороший донор соответствующей группы крови, чтобы отдать свое сердцу именно в тот момент, когда Камиль в этом больше всего нуждается.

Кальмет прав, молодую женщину наверняка ведет счастливая звезда, кто-то присматривает за ней, защищает ее.

Она не может умереть. Только не она.

Николя ощутил новый прилив надежды, но его быстро подавила серьезность ситуации.

Камиль исчезла, попала в руки психопатов.

Камиль осталась без своего циклоспорина.

У Камиль отказывает сердце.

Все вокруг него снова стало черным, и надежда упорхнула. Правда состояла в том, что сегодня ночью, в полночь, сердце уйдет к кому-то другому.

Из этих мрачных дум его вывел Паскаль Робийяр. Он держал в руках какие-то документы.

– У тебя все в порядке?

– Я… – Николя провел рукой по лицу. – В чем дело?

Робийяр скептически смотрел на него несколько секунд, потом перешел к причине своего прихода:

– Я еще не успел как следует изучить вопрос черной трансплантологии, но мне уже пришла в голову одна мыслишка, которая, похоже, подтвердилась. Быть может, у нас есть средство быстро выйти на получателей органов, если биомедицинский центр сделает то, о чем мы попросим.

– Что? – механически спросил капитан полиции.

– Если люди не получают орган, значит он им уже не требуется и они выбывают из очереди. Достаточно навести справки о таких неожиданных выбытиях пациентов из списка ожидающих пересадки.

Николя реагировал с трудом.

– Что… что ты понимаешь под неожиданным выбытием?

– Я нарочно поинтересовался: это нечто иное, кроме кончины и улучшения состояния здоровья, удостоверенного лечащим врачом. Иначе говоря, выбытие из списка без реальной причины или же если она неубедительна, например смена страны проживания или что-нибудь в этом роде. Проблема, по словам моего собеседника, состоит в том, что выбывающих огромное количество. НО! У нас есть добавочный признак: дата похищения цыганских девушек…

– Куда ты клонишь?