Люси вздохнула и склонилась над сотнями полученных по электронной почте квитанций Камиля Прадье с бензозаправок. Они были собраны в хронологическом порядке, самая старая выдана семь лет назад, а последняя – на прошлой неделе. Еще один признак педантизма Прадье. У Люси возникло ощущение, что она даром теряет время, но все-таки взялась за дело. Кроме даты и различных сведений, связанных с горючим, в квитанциях был указан адрес заправки. Чаще всего встречались два места: станция обслуживания в Орлеане и другая, в Антони, на юге Парижа. В Антони Прадье всегда заправлялся поздно и только по воскресеньям. Без сомнения, это было связано с его спуском к Стиксу.

Люси заметила перемену в его привычках начиная с две тысячи девятого года. Некоторые чеки указывали заправку на автотрассе D921. Всегда одна и та же станция обслуживания, часто утром. Люси посмотрела в Интернете и заметила, что та находится возле Байо-ле-Пена, маленького городка в сотне километров на северо-запад от Орлеана, недалеко от Шартра.

Она вернулась к датам квитанций. В тот период Прадье заливал полный бак бензина каждые три-четыре дня, а это было много. Потом частые посещения прекратились, и адрес станции стал появляться лишь время от времени, вплоть до последних дней…

Размышляя об этом, Люси пошла выпить кофе в их маленьком помещении для отдыха. Конечно, методом дедукции из этих квитанций можно было вывести и кое-что интересное, но тогда наверняка понадобится съездить на место, поспрашивать… Слишком долго, слишком проблематично. Когда она вернулась, к ней с довольным видом обратился Робийяр.

– Я только что связался с экспертом по информатике, – сказал он. – Есть интересные новости относительно компьютера Камиля Прадье. Сгоняешь туда? А то я что-то с головой увяз в этой истории с трафиком органов.

Люси кивнула, тут же развернулась и убежала.

72

Лаборатории полиции располагались всего в двух сотнях метров от дома 36 по набережной Орфевр – на другой стороне острова Сите, на набережной Орлож.

Направляясь туда, Люси столкнулась с несколькими туристами, которым нравилось фотографироваться между полицейскими машинами на набережной Орфевр или на ступенях Дворца правосудия. Она не обратила на них внимания, поскольку спешила на встречу с Гийомом Жаспером, специалистом по информатике. Этот тридцатилетний гений чувствовал себя перед разобранным компьютером так же непринужденно, как судмедэксперт перед вскрытым трупом. Оторвав взгляд от одного из своих многочисленных экранов, он заметил Люси Энебель. Поздоровался, придвинул ей стул и похлопал по процессору справа от себя:

– Это я работал над письмом Луазо с фотографией отрезанной головы, и я же, собственно, установил, что его писали из орлеанского РБЦ. Похоже, вам это помогло, раз вы забрали эту железяку.

– Да, – сказала Люси. – Это было решающей зацепкой.

– Рад видеть, что моя информация принесла свои плоды. Надеясь, что та, которую я вам сейчас предоставлю, поможет не меньше. Что предпочитаете? С техническими подробностями или без?

– Давайте как можно проще и быстрее, – отозвалась Люсию – Только факты, если можно.

– Отлично. Взломать… э… получить доступ к содержимому этого компьютера было несложно, защита Windows преодолевается как дважды два. Первое, что я тут обнаружил: он спрятал свои фотки в защищенную папку. Что хорошо с такими папками – мы замечаем их сразу же. Это избавляет от необходимости возиться и искать в другом месте.

Он открыл одну из них.

– Хочу предупредить, тут будет кое-что похуже отрезанной головы. Мне трудно понять, как человек может делать подобные вещи.

На экране появились фотографии. Камиль Прадье фотографировался с трупами в разных позах, иногда голый, иногда одетый. С широкой улыбкой. Фотоаппарат стоял на стальном столе, время от времени на снимках оказывался его передний угол, да и наводка часто была плохая. На одной фотографии лицо Прадье закрывала кожаная маска.

– Что за придурок… – сказала Люси.

– Самые старые фотографии четырехлетней давности, а самые недавние сделаны всего несколько недель назад, – уточнил Жаспер. – Этот псих забавлялся в своей лаборатории, как безмозглый мальчишка.

Люси заставила себя смотреть, стараясь не обращать внимания на омерзительность самих снимков.

– Еще что-нибудь нашли? – спросила она равнодушным голосом, повернувшись к своему собеседнику.

– Да, и это крайне интересно. Я решил покопаться в Интернете, чтобы поискать оставленные им следы. Прадье был осторожен, после каждого выхода в Сеть систематически запускал программу очистки КЭШа. Однако эти средства уничтожают данные только с поверхности, а на жестком диске они остаются – недоступные для большинства смертных, но не для нас.

Он слегка усмехнулся, манипулируя своей мышью.

На экране появилось окно.

– У него стоит программа Digsby для мгновенного обмена сообщениями. У Прадье там всего два адресата. Одного зовут Харон, другого Макарё. Я еще не успел покопать след Макарё, посмотреть, что там его касается. Предпочел пока сосредоточиться на Хароне.