Читаем Страх полностью

Дом с довольно ветхой крышей из серого слоистого сланца оказался всего лишь угрюмой каменной глыбой, заросшей плющом. Водостоки отвалились, краска на закрытых ставнях облупилась, цементные швы выкрошились. Зато входная дверь, как и окна, были новыми и особенно крепкими. Робийяр силой открыл один из ставней и удостоверился, что на первом этаже Прадье тоже поменял окна.

Они обошли дом вокруг и поняли, что без взлома в него не войти.

– Наружной телефонной линии тут нет, – заметил Николя, – стало быть, можно не опасаться, что сигнал охранной сигнализации кого-нибудь предупредит. Так что смело входим. И скрестим пальцы, чтобы Камиль оказалась внутри. Она должна быть здесь.

Робийяр заметил волнение в его голосе. Он высадил один из ставней и разбил стекло рукояткой пистолета. Ему пришлось ударить несколько раз.

– Чертовски прочное, – заметил он.

Ему удалось опустить внутренний шпингалет окна, просунув руку в отверстие. Оба влезли внутрь.

Их встретила леденящая пустота. Никакой мебели, только свисающие электрические провода, обшарпанные стены, сломанные перегородки. Остов дома поддерживали огромные балки. Прадье не сделал тут никакого ремонта, очевидно совершенно не заботясь о комфорте помещения.

Этот дом наверняка и не предназначался для жизни.

– Как думаешь, тут есть подвал? – спросил Белланже, осторожно продвигаясь вперед.

– В таких местах всегда есть подвал.

Их голоса гулко отдавались от стен. Робийяр кивнул на дверь с большим замком. Она была сделана из какого-то твердого дерева типа дуба. Он стукнул по ней кулаком, проверяя ее крепость, изучил замок.

– Похоже, трехточечный. Наверняка, кроме языка, с той стороны в пол и в потолок входят стальные полосы. Иначе говоря – как в сейфе. Надорвемся, пока откроем.

Белланже наклонился к замочной скважине:

– Камиль! Это Николя! Ты здесь?

Он прижался ухом к двери, но не услышал никакого ответа.

– Что будем делать? – спросил Робийяр.

– Быть может, она там внизу, без сознания или слишком слаба, чтобы ответить. Быстренько посмотри в амбаре, может, найдется что-нибудь, чтобы взломать эту чертову дверь.

Паскаль убежал и через две минуты вернулся, вооруженный большой кувалдой и старым топором. Белланже взял топор и стал яростно рубить дверь, а Робийяр со всей своей силы обрушивал на нее удары кувалды. Но, несмотря на их усилия, преграда сопротивлялась. Вскоре оба выдохлись и взмокли. Они, конечно, ее одолеют, но через сколько времени?

К ним присоединились Люси и Жак.

– Ну как? – спросила она.

– Не знаю…

Левалуа встал перед одним из окон и слегка раздвинул ставни. От укрепленной двери во все стороны разлетались щепки. Белланже был вынужден несколько раз переводить дух. Они поменялись орудиями и долбили ими еще добрую четверть часа, пока не достигли своей цели. Время приближалось к половине шестого.

– Давайте спускайтесь, – сказал Левалуа со своего наблюдательного пункта. – Я незаметно послежу за входом, на случай если появится Харон. – Он покачал головой, поджав губы. – И доставьте мне удовольствие, возвращайтесь вместе с ней.

Николя прошел в выломанную дверь и нажал на кнопку новенького выключателя. Раздалось гудение, вспыхнули неоновые лампы, освещая вереницу очень чистых ступеней, выкрашенных в белый цвет. Капитан спускался первым, за ним Паскаль и Люси. Им в нос ударили запахи медикаментов. Сердца учащенно колотились в груди, стресс побуждал офицеров судебной полиции крепче сжимать рукояти своих пистолетов.

Они оказались в прямоугольном помещении, тоже выкрашенном в белый цвет, в центре которого царил стальной стол с желобками по обе стороны, как в институте судебной медицины. Пол тоже был незапятнанно чистым.

Рядом стояли столики на колесах с хирургическими перчатками, шприцами, приспособлениями для переливания крови, дренажными трубками, а также ампулами с обезболивающими и расслабляющими мышцы препаратами. Слева под раковиной лежали черные мешки с молнией для транспортировки трупов. А в мусорном ведре валялись заляпанные кровью перчатки.

Они явно находились во французской версии Желтого дома. Там, где у похищенных и вполне живых людей изымали органы. Все тут было чисто, опрятно, функционально. И, учитывая силу запахов, использовалось совсем недавно.

Сыщики осмотрели помещение, но их надежды разбились вдребезги, когда они нашли пару наручников, один из браслетов которых был защелкнут вокруг канализационной трубы, а другой открыт. На металле осталась кровь и крошечные частицы кожи. Должно быть, Камиль отбивалась, кричала, пыталась вырваться. Николя наклонился и подобрал слева от себя наполовину выкуренную сигарету. Прикоснулся указательным пальцем к черноватому кончику.

– Не может быть!

– Только не говори мне, что она еще теплая, ладно?

– Еще не до конца остыла. Харон, вероятно, был тут совсем недавно. Проклятье! И мы ничего не заметили на дороге!

Вцепившись руками в волосы, Люси принялась ходить взад-вперед. Покосившись на мусорное ведро, она достала оттуда использованные перчатки и вывернула их. Тем временем Робийяр, не говоря ни слова, обшаривал каждый уголок помещения.