Когда знакомишься с материалами поездки Медведева в американскую Силиконовую долину и систематическими поездками Путина в Зеленоград, создаётся впечатление, что у руководителей страны «правая нога не знает, что делает левая», а за все начальственные амбиции приходится платить «дорогим россиянам».

Но почему бы не использовать заинтересованность Путина и опыт ещё существующих производств в Зеленограде, значительно укрепив их финансово?

И не попытаться донести до него простые мысли: зачем создавать новую Силиконовую долины на голом месте, выбрасывая огромные деньги на проект, который может дать результаты через 1015 лет? А может и не дать.

Зачем предусматривать в новом центре в «Сколково» развитие ядерных технологий, когда это можно сделать на базе уже существующих институтов?

Как можно надеяться на скорый приезд «больших» зарубежных учёных при существующем в стране житье «по понятиям», а не по закону?

К сожалению, ответ простой: любая инициатива такого плана позволяет «освоить» крупные денежные средства, не давая в течение ряда лет результата, при этом не без оснований считается, что политика вождей демократии может измениться, и никто не вспомнит об ответственности тех, кто деньги украл.

В то же время, политика создания «Сколково» позволяет Медведеву сформировать свой клан финансовых воротил, всецело зависящих от него и его поддерживающих, и это политика не государственных деятелей, заинтересованных в развитии страны, а осуществление планов временщиков, для которых первостепенное значение имеют личные интересы.

Нанотехнологии в России сегодня

Последние годы российская политическая элита заговорила о переходе сырьевой экономики России на инновационный путь развития. Понятие «нанотехнологии» стало модным не только в научном сообществе, но и у политиков самого высокого ранга. Ей отдаётся приоритет при финансировании научных и инновационных программ во всех развитых странах мира. Мировые эксперты прогнозировали рост наноиндустрии к 2010 году в объёме, превышающим триллион долларов.

Что это означает для сегодняшней России?

Вот что пишет об этом в газете «Знание-власть» (№ 20, 2008 г.) кандидат физико-математических наук Ю. Лисовский:

«Чиновники от науки не знают, что такое нанонаука, но великолепно понимают, как использовать её в качестве знамени для выбивания госфинансирования и обмана общественного мнения. Нанотехнология, ещё не получив практического применения, уже стала модным брендом, который помогает выбивать государственные ресурсы. Попытки некоторых учёных принять участие в программе, сделать её реальной или высказать критические замечания, пресекаются просто – им затыкают рот».

Вырваться вперёд только в одной области – нанотехнологии, при общем разрушении науки в стране, представляется маловероятным. Весьма далёким от реальности представляется и заявление М. Ковальчука: «Несмотря на трудности последнего десятилетия, у нас сохранился мощный технический и кадровый потенциал. Мы находимся в равных стартовых условиях и с Америкой, и с объединенной Европой».

Иными словами, дайте деньги, а мы уж разберёмся, что с ними делать! Тем более что «Роснанотех» сразу же собирался организовывать работу по сетевой схеме, т. е. ни за что конкретно не отвечать. По мнению некоторых специалистов, «нанотехнология» есть просто гениальная операция по выкачиванию денег из федерального бюджета.

Возникает вопрос: даже в случае успешного развития нанотехнологий в России, кто будет внедрять эти разработки? В США плоды профинансированных государством нанотехнологических разработок востребованы сильной наукоёмкой промышленностью, у нас же существовавшие в советское время научно-производственные объединения, являвшиеся основными потребителями академических научных разработок, разрушены. Разрушена и система прикладной и отраслевой науки. Что будет делать «Роснанотех» со своими разработками? Будет вынужден продавать плоды фундаментальных исследований наших учёных за рубеж? Или он для этого и создаётся? Складывается впечатление, что нанопрограмма ориентирована на использование оставшегося научного потенциала России для развития западного высокотехнологичного производства, в первую очередь – ВПК США.

Возникает и ещё один вопрос: кто будет выполнять программу «нанотехнологии», когда в России сегодня имеется острый кадровый голод, нехватка молодых специалистов в области науки и технологий. По оценке президента Лиги содействия оборонным предприятиям А. Долголаптева, средний возраст инженеров, конструкторов и высококвалифицированных специалистов в отечественном ВПК в 2006 году составлял 65 лет. Россия потеряла большую часть высококвалифицированных кадров, а за прошедшие пять лет положение только ухудшилось.