Читаем Стихи, статьи полностью

На черный день - усталый танец пьяных глаз, дырявых рук, Второй упал, четвертый сел, восьмого вывели на круг, На провода из-под колес, да ни три буквы с-под асфальта В тихий омут буйной головой, Холодный пот, расходятся круги... Железный конь в защитный цвет, резные гусеницы в ряд, Аттракцион для новичков - по кругу лошади летят, А заводной калейдоскоп гремит кривыми зеркалами, Колесо вращается быстрей, Под звуки марша головы долой... Проела моль цветную шаль, на картах тройка и семерка, Бык, хвостом сгоняя мух, с тяжелым сердцем лезет в горку, И лбов бильярдные шары от столкновенья раскатились Пополам на обе стороны, Да по углам просторов и широт. А за осколками витрин обрывки праздничных нарядов, За прилавком попугай из шапки достает билеты На трамвай до ближнего моста, На вертолет без окон и дверей, В тихий омут буйной головой, Колесо вращается быстрей...

* * *

Нелепая гармония пустого шара Заполнит промежутки мертвой водой, Через заснеженные комнаты и дым Протянет палец и покажет нам на двери, Отсюда - домой... От этих каменных систем в распухших головах, Теоретических пророков, напечатанных богов, От всей сверкающей, звенящей и пылающей х..ни Домой... По этажам, по коридорам лишь бумажный ветер Забывает по карманам смятые рубли, Сметает в кучу пыль и тряпки, смех и слезы, горе, радость, Плюс на минус дает освобождение - домой... От холода и ветра, от холодного ума, От электрического смеха, безусловного рефлекса, От всех рождений и смертей - перерождений и смертей Перерождений - домой... За какие такие грехи задаваться вопросом Зачем и зачем,и зачем,и зачем,и зачем,и зачем,и зачем..? Домой...

* * *

Деклассированным элементам - в первый ряд, Им по первому по классу надо выдать все! Первым классом в школе жизни будет им тюрьма, А к восьмому их посмертно примут в комсомол... В десяти шагах отсюда светофор мигал, Желтым светом две минуты на конец дождям, А в подземной переходе влево поворот, А в подземном коридоре гаснут фонари... Коридором меж заборов через труп веков, Через годы и бурьяны, через труд отцов, Через выстрелы и взрывы, через пустоту, В две минуты изловчиться проскочить версту... По колючему пунктиру, по глазам вождей, Там, наружи, мертвой стужей, по слезам дождей, По приказу бить заразу из подземных дыр, По великому навету строить старый мир... Деклассированным элементам - в первый ряд...

* * *

Крестом и нулем запечатанный северный день, Похожий на замкнутый в стенах семейный скандал. Рассыпалось слово на иглы и тонкую жесть, А злая метель обязала плясать на костре. Столетней бессоницы в горле гудят провода, Болит голова, это просто болит голова... А вот и цена, и весна, и кровать, и стена, А вот чудеса, небеса, голоса и глаза... Чужая дорога неверною левой рукой Крестом зачеркнула, нулем обвела по краям. А я почему-то стою и смотрю до сих пор, Как многоэтажный полет зарывается в снег. Истлевшая осень золой на осколках зубов, Конечную степень усталости меряет ночь... Болит голова, это просто болит голова... Стоять и смотреть - это просто простить и молчать. Крестом и нулем разрешились пустые места, В безвременном доме за разумом грохнула дверь. Рассыпалось слово на иглы и тонкую жесть, А злая метель обязала плясать на костре...

* * *

Я оставляю еще пол-королевства Восемь метров земель тридевятых, На острове вымерших противоречий Купола из прошлогодней соломы. Я оставляю еще пол-королевства Камни с короны - два высохших глаза, Скользкий хвостик прошлогодней крысы, Пятую лапу бродячей дворняжки. Я оставляю еще пол-королевства, Весна за легкомыслие меня накажет. Я вернусь, чтоб постучать в ворота, Протянуть руку за снегом зимою. Я оставляю еще пол-королевства Без боя, без воя, без грома, без стрема, Ключи от лабораторий на вахте, я убираюсь, Рассвет в затылок, Мне дышит рассвет, пожимает плечами, Мне в пояс рассвет, машет рукою... Я оставляю еще пол-королевства...

* * *

Мы по колено в ваших голосах, А вы по плечи в наших волосах, Они по локоть в темных животах, А я по шею в гибельных местах. Мы под струей крутого кипятка, А вы под звук ударов молотка, Они в тени газетного листка, А я в момент железного щелчка. Мы под прицелом тысяч ваших фраз, А вы за стенкой, рухнувшей на нас... Она на куче рук, сердец и глаз, А я по горло в них, и в вас, и в нас...

АНГЕДОНИЯ

Короткая спичка - судьба возвращаться на Родину По первому снегу по рыжей крови на тропе Жрать хвою прошлогоднюю горькую, горькую, горькую, горькую На сбитый затылками лед насыпать золотые пески

Святые пустые места - это в небо с моста Это давка на транспорт по горло забитый тоской Изначальный конец: голова не пролазит в стакан

А в восемь утра кровь из пальца - анализ для граждан Осевшая грязь - допустимый процент для работ Сырой "Беломор", елки-палки, дырявые валенки Ножи в голенищах и мелочь звенит, звенит, звенит, звенит,

звенит

А слепой у окна сочиняет небесный мотив Счастливый слепой учит птичку под скрипочку петь Узаконенный вор: попроси - он ключи оставляет в залог

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство