Читаем Степан Разин полностью

— Я с тобой, разбойником, говорить не желаю! А вы изменники!.. — крикнул он, обращаясь к стрельцам и горожанам. — Куда смотрите?! К вору склонились!.. Он дурачит вас, этот ваш батюшка. Вот ему, в мерзкую его рожу! — Тимофей плюнул в атамана. Плевок угодил на полу атаманова кафтана. Воеводу сшибли с ног и принялись бить. Степан подошёл к нему, подставил полу с плевком. Он был бледный и говорил тихо:

— Слизывай языком.

Воевода ещё плюнул.

Степан пнул его в лицо. Но бить другим не дал. Постоял, жуткий, над поверженным воеводой... Наступил сапогом ему на лицо — больше не знал, как унять гнев. Вынул саблю... но раздумал. Сказал осевшим голосом:

— В воду. Всех!

Воеводу подняли... Он плохо держался на ногах. Его поддержали.

Накинули каждому петлю на шею и потянули к Волге.

— Бегом! — крикнул Степан. Чуть пробежал вслед понурому шествию и остановился. Саблю ещё держал в руке. — Бего-ом!

Приговорённых стали подкалывать сзади пиками. Они побежали. И так скрылись в улице за народом. Народ молча смотрел на всё. Да, видно, Тимофей Тургенев за своё короткое воеводство успел насолить царицынцам. Вообще поняли люди: отныне будет так — бить будут бояр. Знать, это царю так угодно. Иначе даже и сам Стенька Разин не решился бы на такое.

Только один нашёлся из всех — с жалостью и смелостью: отец Авраам.

— Батька-атаман, — сказал отец Авраам, — не велел бы мальчонку-то топить. Малой.

— Не твоё дело, поп. Молчи, — сказал Степан.

Подошёл Матвей Иванов. Тоже:

— А правда, Степан Тимофеич... Парнишку-то не надо бы...

— Молчи, — и ему велел Степан».

Но, оказывается, так жестоко Разин себя ведёт, ибо только что в битве потерял соратника. Мы уже замечали: как потеря соратника — всё берегись! Заметим ещё, что племянник воеводы не был ребёнком. Это был взрослый мужчина. А вот поп Никифор утверждает, что этот племянник остался жив:

«И Стенька Разин, напившись пьян у царицынских жителей, к той башне приступал многае время, и был бой, и воеводу и тех людей, которые с ним сидели, порубил, а воеводу с племянником ево и людьми, повезав, привёл в табор и на другой день воеводу велел вкинуть в воду. И, приветчи к воде на верёвке, наругались, кололи копьём и утопили, а племяннику ево и людем велел быть при себе. А воровских де казаков с Стенькою Разиным конных и пеших в зборе тысечь с 7».

Кто стал в Царицыне начальствовать? Из допроса Фёдора Шелудяка, одного из приближённых Разина (Крестьянская война. Т. 3. Док. 187. Июль 1672 года), известно, что это были донской казак Прокофий Иванов (он же Прон Шумливый) и горожанин, боярский сын Иван Кузьмин. По другой версии (Крестьянская война. Т. 1. Док. 150. 13 июля 1670 года. Расспросные речи людей, которые жили в Царицыне при Разине, в Тамбовской приказной избе): «В начальных людях в Царицыне по его Степанову приказу — сын боярской Ивашка Кузьмин да пушкарь Дружинка Потапов, да соборной поп Андрей». Очень умно и тонко: именно молодых бояр, военных специалистов и духовных лиц Разину необходимо было выдвигать, чтобы показать себя серьёзным, приличным человеком.

Однако демократией тут и не пахнет: «по его Степанову приказу...». Атамана Иванова выбирали казаки для казаков, а Разин назначил «мэрию» для горожан? Или Иванова тоже никто не выбирал, а было «по его Степанову приказу»? «Мэрия» подчинялась атаману или нет? Фёдор Шелудяк говорил на допросе, что царицынский атаман посылал боярского сына Кузьмина жечь крепость Камышинку, — значит, атаман был главнее. Ну а в вопросах, касающихся снабжения города, к примеру? Как они там делили функции? Ничего этого мы с вами не знаем и, увы, совершенно не понимаем, как же всё-таки была устроена власть в городе. Историки и писатели один за другим пишут, как в захваченных Разиным городах процветало казачье самоуправление — так, как оно теоретически могло бы быть. А. Н. Сахаров: «Не было здесь больше ни воевод, ни приказных, не собирались тяжкие налоги и единовременные поборы, не гнали посадских в шею на разные работы, не было больше в городе мздоимства и взяток. По справедливости и правде судил народный круг». Не знаем мы ничего этого на самом деле.