Читаем Стекляшки полностью

этом думала, потому что сейчас только меня охватила настоящая тревога. Я ощутила, что

пошла на тот шаг, о котором я действительно могла пожалеть.

Я прошла мимо стойки и увидела, что Леша подозвал меня к себе.

– Тебя уволили, но я хотел у тебя спросить, все ли в порядке?

– Да, все нормально.

– Хорошо. Но если что–то будет не так, ты мне сразу же позвони.

У него был обеспокоенный вид. Было видно, что он переживает за меня. Я в клубе

считалась, наверное, этаким ангелочком. И тут вдруг я уезжаю с гостями. Это было

шокирующей новостью. Я думала, что сейчас будет много пересудов, но, к счастью, почти

все остальные были заняты, и не обратили внимания на мой уход.

Глава 39

Я открыла дверь и вышла. Я ощутила невероятную свежесть. Пытаясь вдохнуть как

можно глубже, я ощутила легкость и покой. Хоть и совсем ненадолго. Словно я вырвалась из

одной клетки на свободу, чтобы оказаться в другой. Через минуту мои новые знакомые

вышли, и мы пошли к машине. Это был шикарный внедорожник. Я раньше никогда на таком

автомобиле не ездила. Меня это испугало. Он сел за руль сам, хоть был пьян в стельку. Я

очнулась и поняла, что происходит. Меня охватил мандраж, и я стала думать, не смогу ли я

сбежать по дороге. Приехали мы быстро, так что плана никакого я не выработала.

Приходилось надеяться на то, что все обойдется. Верить в чудо, можно сказать.

– Проходи, не бойся.

Это было первое, что сказала мне его жена за вечер.

Мы поднялись на третий этаж. Как только дверь захлопнулась – я поняла, что назад

дорога закрыта. И мне стало легче. Я решила, что должна узнать о сестре, чтобы все это

было не напрасно.

Квартира была шикарная. Как на картинке с интерьерами, но все же мне бросилось в

глаза, что обставлена она была без особого вкуса. Дорого – это да, изысканно – никак нет.

Даже если оформлением занимался дизайнер (что было вполне возможным), то он точно не

обладал большим талантом. Потому что все было с претензией на роскошь, но никак не

сочеталось между собой. Не было единой композиции и гармонии в деталях.

Меня пригласили за стол. Там уже стояло несколько бутылок вина и виски. Стас был уже

очень пьян, но останавливаться он не собирался. Нам он тоже налил, но я только пригубила

бокал.

– Ты чувствуй себя как дома, дорогуша. Можешь сходить в ванную, переодеться.

~ 110 ~

Я зашла в ванную. Наташа дала мне полотенце и закрыла дверь. Здесь стоял душ и

отдельно большая ванная. Я решила немного освежиться. Душевая кабина была с

прозрачными створками. Я сняла душ с крючка и потянула рычаг на себя, чтобы включить

воду. И тут на меня хлынул поток холодной воды. Я попыталась выключить, но рычаг не

двигался назад. Я попыталась еще раз и тут нащупала кнопку. Как только я нажала на нее,

вода отключилась. Но на пол уже успела затечь вода. Я как назло не могла найти никакой

тряпки. Видимо, приспособления для уборки у них в другом месте. А может быть, у них

есть уборщица. Наконец, я нашла полотенце, которое, по всей вероятности, предназначалось

для ног. Вытерев им лужу, я повесила его обратно. Наконец, разобравшись с устройством

душа, я все же смогла ополоснуться водой. Я завернулась в полотенце и села на край ванны.

Почему–то именно в этот момент у меня не было в голове каких–то мыслей. Просто сидела

и слушала шум воды. Я не осознавала, что все это происходит со мной. Алкоголь, выпитый

в клубе, сыграл со мной злую шутку и меня начало клонить в сон. Мне хотелось бы

оказаться дома, в теплой кровати. А я была здесь. Я ведь даже не знала, на какой улице я

нахожусь. Плана действий не было никаких. Нужно было выходить, пока меня не хватились.

Когда я вышла из ванны, они по–прежнему пили виски. Он был уже очень пьян.

– Садись, посиди с нами. Может, тебе еще налить.

– Нет, спасибо.

Через какое–то время мы остались вдвоем в комнате. Он подошёл к шкафу и открыл

верхний ящик. Я невольно следила за каждым его движением. Мне казалось, что вот–вот

произойдёт что–то страшное, и это ожидание было невыносимым. Развернув сверток, в

котором лежала толстая пачка денег, он медленно, смачно начал отсчитывать. Делал он это с

каким–то особым наслаждением, словно это был важнейший обряд. Наверное, в это время

он чувствовал себя королём мира, покупающим человеческую душу. И это была моя душа.

Отсчитав ровно тридцать купюр, он положил их на стол. Остальные деньги он снова

завернул и положил обратно. Я не смотрела на деньги, но боковым зрением я их видела.

Мены хотелось, чтобы все это оказалось лишь плохим сном. Он между тем взял эти деньги,

еще раз их пересчитал и протянул их мне.

– Ну вот, как мы и договаривались. Тридцать тысяч. Я не обманул. Возьми.

Он протянул мне деньги. Взяла их так, словно они были очень хрупкими и могли

рассыпаться в моей ладони, или были пропитаны ядом. Я никогда не держала до этого

момента такую сумму в руках. Моя мама зарабатывала эти деньги почти за два месяца.

– Убери их, это твои деньги.

Я взяла деньги и сунула их в потайной карман сумки. В кошелек я почему–то их убирать

не захотела.

Мысли крутились в моей голове, но ни одна не задерживалась надолго.