Читаем Стекляшки полностью

уже не я. Я вошла в роль и перестала стесняться. К концу выступления я спустилась вниз и

стала подходить к столикам. Мне с радостью давали чаевые, даже девушки. Все тоже

ощущали веселье от этой будоражащей музыки и моего зажигательного танца. Лишь один

мужчина предложил снять верхний топ, но я не обратила внимание. Я вернулась на сцену,

сделала несколько движений бедрами и скрылась за ширмой. Уже оттуда я услышала шум

аплодисментов. Я чувствовала себя настоящей артисткой. Но через мгновение возникло

чувство стыда. Я подумала, что выглядела глупо. Да и из юбки торчали чаевые как

напоминание о моем неподобающем поведении. Я ушла в гримерку, чтобы там прийти в

себя. Вынув деньги, я подсчитала свой доход. Неплохо. Обычно я е зарабатываю столько и

за неделю. Сегодня определенно заработала на такси и горячий шоколад.

Меня настолько затянула моя ночная жизнь, что порой я забывала, зачем я здесь

нахожусь. Сначала мне было интересно, это все не вписывалось в мою обычную жизнь. Я

постепенно привыкла к этой атмосфере, меня перестали смущать многие вещи. Каждый

вечер был небольшим приключением. Однако, это продолжалось недолго. Вскоре и здесь

стало скучно и однообразно. Я поиграла в танцовщицу, но я стала уже уставать.

Глава 38

В тот день мне был весь какой–то нервный. Я знала, что тот человек может знать о моей

сестре. И мне бы следовало с ним поговорить. Однако вся проблема заключалась в том, что

вряд ли в мире нашёлся бы еще один человек, который был бы мне столь неприятен. Та

первая встреча оставила в моей памяти неприятный осадок, какой остается от вдыхания

угарного газа. С ним рядом я ощущала острую нехватку кислорода. Клуб постепенно

становился мне все более противным. В нем уже не было загадки для меня, в нем

оставалось только склоки и тоска. Порвать этот порочный круг хотелось как можно скорее.

Я не хотела собираться на работу сегодня. Тянула до последнего. Сидела и читала какую–то

~ 106 ~

книгу. Но то ли книга была не интересной, то ли я так волновалась, но я совершенно ничего

не поняла. По нескольку раз перечитывала один и тот же абзац, но все равно смысл

оставался вне моего понимания. Наконец, настало время идти в клуб. Я уже немного

опаздывала.

В клубе, как ни странно еще почти никого не было. Только Леша как всегда стоял за

стойкой. Я прошла в гримерку. Она была пуста. В царящем хаосе отразилась вся сущность

этого здания. Я стала одеваться. Последнее время мне хотелось носить лишь черное. Я стала

себя ощущать по–другому. Это место стало для меня хорошей школой. Но больше ничему

полезному оно меня не могло научить. Поэтому я хотела поскорее уйти.

Я услышала шаги в коридоре. Пришла Кира какая–то особенно возбужденная.

– Мне предложили выступить на открытии нового клуба. Это будет презентации, да к

тому же реклама нашего клуба. Я надеюсь, что все пройдет отлично. Это для меня новый

уровень. Я могу получить новую работу.

– Послушай, неужели ты так и не хочешь попробовать в жизни что–то другое. Да, я

понимаю, тут весело и легко. Но, мне кажется, ты достойна большего. Всего–то и нужно,

что попробовать. Ты часто звала меня трусихой, но сейчас я понимаю, что мы обе трусихи.

Боимся взглянуть жизни в глаза. Не подходим к огню, потому что боимся сгореть. Но огонь

дает тепло, а мы с тобой мерзнем в этом привычном для нас мирке.

– Я не хочу это сейчас обсуждать, у меня нет времени. Я благодарна тебе за то, что ты

веришь в меня. Я раньше никогда не понимала, что мне просто необходимо, чтобы в меня

кто–то верил. Но сейчас мне некогда. И поэтому просто пожелай мне удачи. А я пожелаю

удачи тебе. Тебе точно не место в этом клубе. Но даже если наши пути разминуться, я буду

знать, что ты найдешь себя.

– Я желаю тебе удачи, моя черная кошечка.

Она обняла меня, а я почувствовала ее духи, смешанные с ароматом табака. Затем она

ушла, и меня охватило чувство тоски. Тоски по человеку, которого тебе никогда не понять и

не удержать в своей жизни.

Я вышла из гримерной и увидела его. Он сидел в пол–оборота и разговаривал с какой–то

девушкой. Она была молодой, возможно, что чуть старше меня. Волосы ее были русыми и

доходили до плеч. Она была ухоженной, но внешность ее была скорее обычной.

Милена увидела меня и подошла ко мне. Увидев, куда направлен мой взгляд, она сказала:

– Смотри, помнишь? Ты сидела с этим мужиком? Он пришел со своей женой. Они часто

бывают у нас вдвоем.

Так это была его жена. Это все еще больше усложняло. Как мне поговорить с ним

наедине.

Он должен знать, где моя сестра. Он последний, кто видел ее.

Я боялась этого человека. Никто еще не вызывал во мне такой неприязни. Как правило, я

относилась к людям нейтрально. Почти никогда во мне никто не вызывал сильных эмоций.

~ 107 ~

Так мне было намного проще. Если кто–то и вызывал во мне отрицательные эмоции, я

просто старалась оградить его от себя. Хотя положительных эмоций я тоже старалась

избегать, чтобы несильно привязаться к человеку. Но в этой ситуации жизнь взяла меня за

горло, не давая спрятаться в тень. Если не можешь взять ответственность за свою жизнь,

однажды приходится брать ответственность за других.