Читаем Статьи полностью

Место пребывания судебной власти не имеет существенного значения. Пока не имеет. Эта ситуация, однако, будет меняться, но во всяком случае нет никаких оснований оставлять структуры Верховного Суда в "законодательной столице". Разумно разместить их в центре страны – на том же Урале (Екатеринбург) либо, что предпочтительнее, в Сибири (Томск).

Наконец, Центробанк должен размещаться как можно ближе к европейским финансовым столицам. Этим будет продемонстрировано, что страна отнюдь не собирается замыкаться на проблемах Центрально-Азиатской геополитической "плиты" и Тихоокеанского региона, но напротив, поворачивается лицом к Европейскому Союзу[13]. К сожалению, нельзя перенести российский Центральный Банк в Варшаву. Остается самый "европейский", самый западный из столичных городов России – Санкт-Петербург.

Следующим "слоем" российской государственности являются федеральные округа. Из общих соображений следует, что размещение полномочных представительств Президента РФ в столичных городах не оправданно.

На Российском Северо-Западе столица округа должна быть максимально сдвинута в сторону Европы. Интересы страны требуют, чтобы она была перенесена в Калининград или Мурманск. Первое предпочтительнее с внешнеполитической точки зрения (и во многом усилило бы позиции России в ее непростом диалоге с "ошенгениваемым" Западом), второе – с точки зрения интересов бизнеса.

Подобная же альтернатива существует в Центральном ФО, где вариантами выбора являются миллионник Воронеж и Смоленск – город, связывающий Россию и европейский Запад[14].

Столицей ПФО, по всей видимости, останется удачно расположенный Нижний Новгород (замыкающий исторически сложившуюся аккреционную ось Москва-Нижний); аналогично, нет существенных оснований переносить куда бы то ни было столицу ДВФО (Хабаровск) и ЮФО (Ростов-на-Дону[15]). Заметим, однако, что центром притяжения миграционных токов на юге являются сегодня Краснодарский и Ставропольский края, формирующие новую активность и призванные выполнять аккреционную функцию для населения "перегретого" Кавказа. Если, как мы предполагаем, миграционные процессы в ЮФО будут усиливаться, встанет вопрос о переносе столицы округа.

На Урале проблема выбора пока не может быть решена, так как не определился вектор развития региона. А вот ситуация в Сибири выглядит очень интересно: кроме Томска, обретающего в нашей концепции статус одной из федеральных столиц, на роль окружного центра претендуют – на примерно равных основаниях – Иркутск, Новосибирск, Красноярск, Барнаул и даже Якутск.

Для полноты представления необходимо упомянуть и другие власти – конфессиональные структуры, в первую очередь православие и ислам.

Речь идет прежде всего о Священном Синоде и иных руководящих органах Русской Православной Церкви. Возможно, наиболее естественной православной религиозной столицей стал бы город Владимир, близко расположенный к Москве и связанный с ней удобными коммуникационными путями, относящимися к агломерационной "оси" Москва-Нижний. Необходимо также учесть, что Владимир является историческим центром российской государственности.

Впрочем, гораздо больше пользы России принесло бы размещение ключевых административных структур РПЦ в Киеве, тем более что мирские границы не представляют сколько-нибудь значимой преграды для Церкви, а понятие "каноническая территория" позволяет это правовым образом обосновать.

Более того, РПЦ – достаточно мощная структура, которая также нуждается в географическом разделении своих собственных "ветвей власти". Так, ОВЦС – Отдел внешних церковных сношений, МИД Патриархии, – размещенный в Севастополе, колыбели русского, восточнославянского православия, приблизил бы РПЦ к кафедрам четырех древнейших православных Церквей – Константинопольской, Антиохийской, Иерусалимской и Александрийской, а также к Эчмиадзину и Ватикану. Миссионерский центр должен быть в обязательном порядке перемещен на Дальний Восток: в противном случае доминирующей конфессией там станет протестантизм[16].

Можно указать и на другой аспект церковного картографирования: пять Духовных академий, особенно после их усиления, станут являть собой пять связанных друг с другом центров православной власти (а это фактически европейская сетка – Москва, Санкт-Петербург, Киев, Минск, Кишинев, – свидетельствующая о реальных границах пространственного контроля со стороны РПЦ).

Ислам имел при Советах несколько альтернативных административных центров[17], на что не посягал даже Сталин. Сегодня эта ситуация сохраняется: российский ислам – это ряд конкурирующих "кафедр". Уфа, Казань и Дагестан (условно Махачкала) останутся в ближне и среднесрочной исторической перспективе "столицами" российского ислама. А вот Москва при раскассировании столичных функций утратит свою привлекательность и перестанет быть средоточием интересов мусульманского духовенства.