Сталин же выступил против, «заявляя, что мятежники, если их оставить в покое, сами сдадутся через две-три недели»⁹⁷. Непосредственным руководителем военной операции был назначен Тухачевский.

Кронштадт стал последней каплей. Надо было менять курс, чтобы удержать власть в стране и партии. Красная армия, состоявшая почти полностью из крестьян, не могла долго оставаться лояльной к коммунистам.

На съезде партии, открывшемся 8 марта, критиковалась работа Политбюро и Оргбюро, что было использовано Лениным и его сторонниками для обновления кадрового состава этих органов, выведения из них сторонников Троцкого.

Но самый главный результат съезда заключался в четырех решениях:

о замене разверстки натуральным налогом;

о единстве партии;

о синдикалистском и анархистском уклоне в партии;

об очередных задачах партии в национальном вопросе.

Ленин был обязан дать партии стратегическое решение. Он его предложил: постараться удовлетворить требования крестьян, дать свободу рыночным отношениям в деревне.

Это означало отступление от коммунистической теории, но другого выхода не было видно. Новая экономическая политика (НЭП) была принята делегатами съезда почти без споров. Какие могли быть споры, когда непокоренный Кронштадт попрежнему угрожал Петрограду?

Неразоруженный Кронштадт требовал еще одного решения, может быть, более трудного и опасного.

Партийные дискуссии, ведущие к фактическому расколу и вызывающие в обществе новую войну, надо было заканчивать. В резолюции «О единстве партии» съезд сделал выбор: фракции и группировки отныне запрещались. Теперь за фракционную борьбу ЦК мог применять любые меры наказания вплоть до исключения из партии. Эту резолюцию представил съезду Ленин.

Понимали ли он и старая большевистская гвардия, что эта резолюция отрезает партию от ее прошлого и создает основу для другой партии?

Ленин затронул эту тему, сказав, что данная мера только предупредительная и вряд ли когда-либо будет применяться.

Прежняя партия большевиков, которая была демократичной, гибкой, умела за счет внутренней свободы быстро восстанавливаться и заменять арестованных и сосланных активистов, теперь опасалась этих свойств.

Отныне у партии должен быть один лидер — Центральный Комитет.

По результатам голосования в ЦК не вошли влиятельные сторонники Троцкого: Крестинский, Преображенский, Серебряков. Троцкий больше не контролировал Секретариат и утратил большинство в Оргбюро. В новом составе Оргбюро остался только один ветеран — Сталин. Также он остался и членом Политбюро.

Восемнадцатого марта во втором часу ночи Кронштадт был взят в результате обстрелов из тяжелых орудий и второго штурма. (Первый штурм окончился неудачей.)

В одной из инструкций, подписанной командиром войсковой группы Казанским, говорилось: «Пленных быть не должно». Впрочем, пленных было много. Через ревтрибуналы и чрезвычайные тройки прошли 10 001 человек, приговорено к расстрелу — 2103, к разным срокам заключения — 6447, освобожден 1451 человек. Для заключенных из Кронштадта были созданы «дисциплинарные колонии» на Севере.

Но для Троцкого, как ни удивительно, победа уже не имела особого значения. Он проиграл важнейшую операцию своей карьеры.

Восемнадцатого марта Тухачевский, докладывая Каменеву об успешном завершении операции, сказал, что его «гастроль здесь окончилась», и просил разрешения убыть на Западный фронт.

Это легкомысленное, ребяческое выражение двадцатисемилетнего Тухачевского удивило Троцкого. То, что для бывшего гвардейского подпоручика казалось военной прогулкой, для председателя РВСР было началом заката.

Членами ЦК стали Ворошилов, Орджоникидзе, Куйбышев, Киров, явные сторонники Сталина. В Оргбюро Крестинского, Преображенского и Серебрякова сменили В. М. Молотов, Е. М. Ярославский, В. М. Михайлов.

Глава девятнадцатая

НЭП — «второй Брест». План ГОЭЛРО. Тамбовское восстание. Рождение сына Василия

После съезда в стране стало многое меняться: появилась частная торговля, стали предоставляться концессии частным предпринимателям, разрешено создавать мелкие частные предприятия, денационализировать предприятия с числом работающих менее 21 человека. За год более десяти тысяч предприятий стали частными, новые владельцы должны были в течение двух–пяти лет передавать государству 10–15 процентов своей продукции. Появились предприятия с участием иностранного капитала.

Возврат от «военного коммунизма» к рыночной экономике был очень сложным, а иногда и трагическим делом. Так, в марте 1921 года топливную промышленность лишили государственного заказа и перевели на хозрасчет, шахтеров в Донбассе увольняли из-за отсутствия денег для зарплаты, прекратили государственные поставки продовольствия. В результате рынок установил баланс между добычей угля и его потреблением промышленностью. Часть шахт закрыли. Много шахтеров и их семей погибли от голода.