Читаем Сталин полностью

В конце июня части РККА заняли боевые позиции на западной границе, сооружались новые аэродромы, увеличилась интенсивность работы военных заводов. Тухачевский приказывает советскому военному атташе в Берлине подготовить к отвлекающему удару из Германии на Польшу отряды «красных вооруженных сил».

Вообще, Тухачевский выступал за «превентивный удар по Польше», но это не отвечало реальному соотношению сил. Ктому же предчувствие войны, охватившее СССР, породило в политических и военных кругах ощущение приближающегося военного переворота. 1 мая 1927 года в газете «Правда» была напечатана статья бывшего генерала, преподавателя Военной академии А. Свечина «Военное искусство в будущей войне», в которой он оценивал варшавскую операцию Тухачевского как «злоупотребление революционными лозунгами». Это можно было объяснить так, что партийное руководство предупреждало военных от соблазна воспользоваться ситуацией.

Характерно, что издаваемый в Берлине «Социалистический вестник» (орган российских меньшевиков) писал о подъеме партийного и советского энтузиазма в Москве, который, сочетаясь с тревогой и паникой после убийства Войкова, побудил «сплотиться вокруг партии». Петр Струве в своей статье в «Возрождении» от 25 июня 1927 года обращает внимание на неожиданное проявление у советской молодежи сочетания «революционности и национализма с готовностью защищать строй и научить считаться с Россией».

С некоторым раздражением Струве отмечает: «Большевики раздувают и всячески используют этот советский национализм как некую силу, на них работающую, им союзную»173.

Струве почувствовал, что перехватывание Москвой патриотических настроений может выбить идейную базу из-под ног белой эмиграции.


Девятого мая Зиновьев, выступая в Колонном зале Дома союзов по случаю 15-летия газеты «Правда», заявил об огромных ошибках во внешней политике СССР в Великобритании, где советские профсоюзы поддерживали всеобщую забастовку, а также осудил работу Коминтерна в Китае. Он обвинил руководителей партии и Коминтерна в том, что они допустили переворот Чан Кайши.

Выступление Зиновьева передавалось по радио, его слушала вся страна.

Вскоре открылся VIII пленум Исполкома Коминтерна (18–30 мая). Он обсудил задачи Коминтерна в борьбе против надвигающейся войны, задачи коммунистов Англии, проблемы революции в Китае. 24 мая Сталин выступил с речью «Революция в Китае и задачи Коминтерна». Касаясь Троцкого и Зиновьева, он сказал: «Я должен сказать, товарищи, что Троцкий выбрал для своих нападений на партию и Коминтерн слишком неподходящий момент. Я только что получил известие, что английское консервативное правительство решило порвать отношения с СССР. Нечего и доказывать, что теперь пойдет повсеместный поход против коммунистов. Этот поход уже начался. Одни угрожают ВКП(б) войной и интервенцией. Другие — расколом. Создается нечто вроде единого фронта от Чемберлена до Троцкого.

Возможно, что нас хотят этим запугать. Но едва ли нужно доказывать, что большевики не из пугливых ребят. История большевизма знает немало таких „фронтов“.

История большевизма показывает, что такие „фронты“ неизменно разбивались революционной решимостью и беспримерной отвагой большевиков.

Можете не сомневаться, что мы сумеем разбить и этот новый „фронт“»174.

На следующий день в ЦК было направлено заявление, подписанное 83 оппозиционерами, включая Зиновьева и Троцкого. Они предъявили руководству партии обвинения по двум пунктам: ошибочная политика в Китае и в отношении британских профсоюзов.

Согласно письму причины ошибок кроются в теории построения социализма в одной стране, что «ускоряет рост враждебных пролетарской диктатуре сил „кулака, нэпмана, бюрократа“». Авторы заявления требовали созыва пленума ЦК, в противном случае собирались развернуть широкую дискуссию. Начался сбор подписей под заявлением.

Глава тридцать вторая

Как развивалась экономика. Двойственность «спецов». Низовой партаппарат стремится к прибыли. Военная тревога. «Платформа большевиков-ленинцев». Броневики на улицах Москвы. «Съезд коллективизации»

Итак, всё снова завязывалось в узел. Плюс к этому — большие проблемы в деревне: крестьяне снова не желали продавать хлеб по заниженным государственным ценам. 28 июля, накануне открытия пленума ЦК и ЦКК, в «Правде» Сталин публикует «Заметки на современные темы». Он прямо говорит об угрозе новой войны. Его анализ международного положения принципиально важен, так как с этого момента вопрос соотношения сил и интересов крупнейших стран превратится для него в мучительную проблему. Он долго будет искать выход из замкнутого круга. В 1927 году выхода не было видно.

«…Передел мира и сфер влияния, произведенный в результате последней империалистической войны, успел уже „устареть“. Выдвинулись вперед некоторые новые страны (Америка, Япония). Отходят назад некоторые старые страны (Англия). Оживает и растет, все более усиливаясь, похороненная было в Версале капиталистическая Германия. Лезет вверх буржуазная Италия, с завистью поглядывая на Францию.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное