Читаем Сталин. После войны. Книга 1. 1945–1948 полностью

По сути, Сталин дал понятный и прозрачный намек: пока будущая Германия виделась как единое государство, присутствие в ее столице Берлине трех западных держав было логичным. Но если часть немецкой территории будет сепаратно провозглашена государством, то статус-кво может быть изменен. Посол Смит прекрасно понял намек, и началась та самая пикировка. Американский дипломат решил обосновать право союзников на присутствие и управление Берлином – причем вне зависимости от благорасположения СССР. Он сказал, что задолго до Потсдамской конференции было подписано соглашение, в котором предусматривалось разделение Германии на оккупационные зоны и особое решение в отношении Берлина, которое позволило всем державам участвовать в управлении Германией[469]. Это соглашение вступило в силу, когда был подписан документ о капитуляции Германии. В тот момент сотни миль территории, которые по соглашению отходили в зону оккупации СССР, были заняты американцами. И США отвели войска и передали эти территории Москве. А значит, нахождение западных войск в Берлине просто обязательно. И самое главное – Вашингтону нужно юридически обосновать право западных держав на транспортные коридоры в свои зоны Берлина, хотя на самом деле никаких юридических документов на этот счет не подписывалось ни в Ялте, ни в Потсдаме. Понимая, куда клонит американец, Сталин с ходу развернул дискуссию.

Посол Смит: Если бы советское правительство денонсировало в то время соглашение в части, касающейся Берлина, то тем самым оказалось бы денонсированным соглашение в части, касающейся территории, занятой тогда американскими войсками.

Сталин: Эта история мне знакома. Если бы территория, которую по соглашению советские войска должны были оккупировать, не была бы передана под оккупацию советским войскам, то еще нужно было бы знать, пустили ли бы мы союзнические войска в Берлин или нет. Если бы соглашение было нарушено, мы бы союзнических войск в Берлин не пустили.

Американский дипломат не спешил согласиться со Сталиным, что означало бы признать два важных обстоятельства: юридического права на транспортировку грузов в Берлин у Запада нет, а в случае создания сепаратного германского государства присутствие Запада в Берлине может быть поставлено под сомнение.

Посол Смит: Я не хочу сейчас снова вдаваться в историю, но есть одна вещь, о которой считал бы нужным напомнить. Когда советские войска вступали в Берлин, союзники свои главные усилия направляли к юго-востоку, чтобы отрезать немцев от их национального редута и скоординировать с советскими войсками усилия в этом направлении. Генеральный штаб указал, что против Берлина должны быть направлены лишь второстепенные силы. Командование американской армии с этим согласилось. Берлин был сначала стратегическим объектом союзников, затем перестал им быть. Союзники могли бы бросить на Берлин 2–3 млн солдат, и столица Германии была бы ими взята. Возможно, союзники были наивны в те годы или больше доверяли друг другу, но, во всяком случае, между нами было достигнуто соглашение по этому вопросу.