Читаем СССР: логика истории. полностью

Смена идеологии не приблизила нас к постижению истины и не способствовала выработке объективного взгляда на окружающий мир. Непредвзятого наблюдателя должен насторожить тот факт, что результатом торжества гласности и свободы слова стал не отказ СМИ от идеологизированной позиции, а переход их на другую, не менее идеологически определенную позицию, причем полярную по отношению к предыдущей. То, что раньше было белым, стало черным, и наоборот. На смену социалистическим идеалам пришли не общечеловеческие, как хотелось бы многим, а буржуазные ценности — буржуазная свобода, буржуазная демократия, буржуазные права человека. Газеты со старыми “коммунистическими” названиями теперь восхваляют капитализм и частную собственность с такой же “убежденностью”, с которой раньше славили верную ленинским зачетам партию и завоевания Великого Октября. Телевидение, прежде замечавшее в странах капитала лишь безработицу и эксплуатацию и обличавшее агрессивную сущность империализма, ныне рекламирует, словно продукцию компании “Проктер энд Гембл”, порядки и общественное устройство “цивилизованных” стран и с “пониманием” относится к любой военной акции Запада. Очевидно, что та “свобода слова”, которую так рьяно и заинтересованно отстаивают высокооплачиваемые представители СМИ, на самом деле представляет собой свободу распространения концептуальной лжи, выгодной правящему классу.

Практика пропагандистской обработки населения методами концептуальной лжи не нова, она давно известна специалистам по психологической войне. Вся кампания по дискредитации социализма и Советской власти с одновременной пропагандой буржуазного образа жизни велась по правилам информационной войны, которую будущие капитализаторы развязали против советского народа. Началась она еще в те времена, когда нынешние ярые антикоммунисты выступали с трибун съездов КПСС, холодея от собственной смелости. Правилами информационной войны возможность дискуссии, сопоставления различных точек зрения просто не предусмотрена. Демократы, монополизировав СМИ, не допускали к ним оппонентов. Выступления убежденных коммунистов и просто объективных и здравомыслящих аналитиков если и приводились в СМИ, то лишь в кратком изложении и с непременными пространными тенденциозными комментариями (один из приемов концептуальной лжи). Да и можно ли было ожидать иного, если главным идеологом (!) КПСС был небезызвестный А. Н. Яковлев — то ли свой среди чужих, то ли чужой среди своих.

Еще один прием концептуальной лжи, применявшийся в рамках пропагандистской кампании демократов против коммунистов, состоял в подмене понятий. Таким образом маскировались истинные идеи и содержание общественных процессов. Поскольку в нашем обществе к “левым” политикам относятся привычно благожелательно, “правых” (по истинной их сути) стали именовать “левыми”, и наоборот. Либеральные демократы до сих пор избегают частого употребления термина “капитализм”, предпочитая пользоваться выражениями “рыночная экономика” и “современная цивилизация”, хотя они не представляют собой эквивалентную замену. По такой же непонятной логике типичные частнокапиталистические предприятия во времена Горбачева и Рыжкова получили название кооперативов. Да и само слово “демократия” подменило более точный термин “буржуазная демократия”. Сюда же можно отнести и теорию деидеологизации экономики и общественной жизни, которую настойчиво внедряли в массовое сознание политики, чьи действия определялись отнюдь не стремлением отказаться от всяческих “измов”, а вполне конкретной буржуазной идеологией. Подобную практику продолжают и сейчас “независимая” (от своих владельцев?) пресса и “общественное” (принадлежащее обществу богатых акционеров?) телевидение.