Читаем СССР-2061 полностью

– Просто решили одну мелкую техническую проблему, за которой скрывалась очередная непознанная тайна природы.

А теперь, по законам жанра, ему следовало бы осторожно развить тему, чтобы выпытать подробности.

– Ну, ведь ради подобных моментов вы и выбрали эту профессию, верно?

– По крайней мере, так мне казалось во время учебы в университете.

– Вот за что мне нравится ваша система образования, – вздохнул американец. – Есть одна коварная иллюзия, подстерегающая каждого молодого специалиста: во время обучения студент решает задачи, ответ на которые знает преподаватель. А для космоса нужен иной подход. Нужно учить решать нерешаемые задачи. Кажется, именно этим занимаются ваши студенты?

– Мой научный руководитель еще считал, что очень важно научить студента мечтать, – ностальгически усмехнулась я. – Что решение невыполнимых задач начинается именно с мечты.

– Вроде этих яблонь из старой песни, – подхватил Крамер. – Вот, например, глядя на этот апокалиптический пейзаж, кто сможет представить себе цветущие яблони? И, как наяву, почувствовать дурманящий запах осыпающихся бело-розовых лепестков?

Он так убедительно заливал про эти яблони, что я и правда будто бы почуяла тонкий, с детства знакомый аромат. Показалось вдруг, что ветер гонит по унылым красноватым холмам не светло-серую пыль с высоким содержанием минеральных солей, а облака сорванных с ветвей лепестков. И что-то зашевелилось в груди, нечто давно забытое и странно похожее на стихи, в тот миг, когда они уже готовы сорваться с кончиков пальцев в неровные строчки в блокноте или аккуратные столбики слов на экране…

– Давайте прогуляемся в одно любопытное место. Тут недалеко, – небрежным тоном предложил геолог, и все мое мечтательное настроение как рукой сняло.

Топая вслед за спутником, я с удивлением отметила, что впервые за долгое время ощущаю неподдельный интерес к происходящему. Даже бактерии проклятые на минуту подзабылись – совсем невиданное дело! Шпион этот субъект или нет, мы еще посмотрим, но часть работы наших психологов он, сам того не зная, выполнил, причем совершенно бесплатно – стыд и позор для капиталиста, однако.

А что поделать: с ним просто не получалось общаться механически. Ты ему стандартные фразы, а он в ответ как ляпнет что-нибудь этакое, несуразное и неуместное, что ни в какие логические схемы не уложишь. С самой первой встречи – то ему улыбок не хватает, то у него яблони в цвету.

Наверное, это какая-нибудь хитрая психотехника, не иначе. Разработка американских спецслужб. Технологии управления сознанием – в этом, говорят, они преуспели. Небось читали ему отдельный спецкурс где-нибудь там в Лэнгли – как сбивать с толку советских научных сотрудников.

Никольскому я сказала, как бы невзначай, о настойчивом интересе Крамера к нашему сектору. Тот, кажется, не особенно и удивился. Буркнул себе под нос: «Разберемся». И, поскольку особых указаний больше не поступало, на предложение прогуляться я согласилась. В конце концов, как показал недавний опыт, иногда это бывает полезно для процесса мышления – прекратить таращиться в журнал или на экран портативного секвенатора и выбраться, так сказать, на свежий воздух. В среднем минус пятьдесят по Цельсию, куда уж свежее.

Место, куда притащил меня американец, находилось на «нейтральной территории» и на карте имело пока только ничем не примечательное цифро-буквенное обозначение. Однако и нам, и американцам было прекрасно известно, что в новой редакции карт ему непременно дадут какое-нибудь громкое имя. «Аномалия Буровицкого», например, раз уж именно наш Костя Буровицкий первым потерял там зонд. Потерял, конечно, не навсегда: оказавшись рядом, он смог вывести аппарат практически вручную.

Уникальная структура местных скал вместе с близкими к поверхности массивными залежами маггемита создавала весьма неприятную для наших зондов зону радиомолчания. К слову, о важности магнитных полей, да. С этого небольшого пятачка невозможно было связаться ни с одной из баз. Подслушать разговор, происходящий по ближней связи, впрочем, тоже.

– Вы умная девушка, Марина, – проникновенно сказал американец, остановившись на дне оврага, покрытого необычайно яркими для марсианской поверхности красными и желтыми пятнами. – И наверняка уже догадались, зачем я вышел с вами на контакт.

– Несколько версий есть, да.

Я уже некоторое время размышляла над вопросом: что именно из стандартного оснащения скафандра можно использовать в качестве оружия? Выходило, что немногое. Даже выстрелив сигнальной ракетницей прямо в грудь противника, я смогу разве что ненадолго его оглушить. Можно, конечно, направить на него выхлоп реактивного ранца, с помощью которого я сюда и прилетела. Но атаковать шпиона, развернувшись к нему спиной, – не лучшая идея.

Впрочем, с чего мне беспокоиться насчет оружия? Пожалуй, голливудские боевики стоило бы вообще запретить к просмотру, если бы это было технически возможно во всепроникающем инфопространстве. Все-таки они порождают в голове зрителей довольно идиотские представления.