Читаем Спящий город полностью

Вход в Город обнаружил не только Зельц, но и Мудель со своей разведгруппой. Правда, случилось это почти на два часа позже — тщательно прокрутив в уме все сказанное капитаном, фельдфебель к своей радости не нашел в зельцевском приказе прямого указания возвращаться (запущенных ракет он не видел, а неожиданно ожившая на исходе первого часа пути рация выдавала какие-то неразборчивые и непонятные сообщения) — и, не испытывая по этому поводу ни малейших сомнений, продолжал движение до тех пор, пока перегретый мотор бронетранспортера не высосал из бака последние капли горючего… По счастливой для всей группы случайности это произошло в десятке метров от южных ворот Спящего Города…

Обнаружив вход, Мудель принял второе за последнее время самостоятельное решение, оказавшееся, как станет ясно несколько позже, судьбоносным и весьма трагичным для доброй половины участников экспедиции: он решил проникнуть в город и двинуться "навстречу основным силам", сократив расстояние за счет городских улиц. Сообщив о своих намерениях в забитый обрывками неразборчивых радиопередач эфир (именно это сообщение услышали, в числе прочих, отдыхающие спецназовцы, до Зельца же оно так и не дошло — соотношения времени и пространства в городе отличались, как вы, наверное, уже поняли, бо-о-ольшим своеобразием) и выпустив оговоренные приказом сигнальные ракеты, он без труда преодолел хлипкие ворота и вошел в город…

Если бы он просто повел свою группу вдоль городской стены, то, вполне вероятно, ему удалось, бы в конце концов не только выйти к цели, но и изменить сюжет всей нашей истории… Но Мудель сразу же двинулся в глубину городских кварталов, намереваясь побыстрее выйти к своим, которые, как он верно в общем-то предполагал, уже вошли в город…

Ровно через полтора часа интенсивного марша даже такой не слишком склонный к самокритике человек, каким являлся фельдфебель Мудель, вынужден был все же признать, что они окончательно заблудились… Поплутав некоторое время по узким улочкам, он совершенно случайно избрал-таки верное направление и пошел в сторону обнаруженных Зельцем северных городских ворот, оказавшись при этом — с получасовым опозданием — в тылу двигающегося туда же спецназа…

* * *

Время не было единственной в Городе эфемерной субстанцией, живущей по каким-то своим, не привычным для человеческого сознания законам. Звуковые, как, впрочем, и радиоволны, также распространялись здесь, явно нарушая известные любому современному школьнику законы акустики. Поэтому не стоит удивляться тому, что негромкий стук от упавшей на мостовую полупустой канистры (Зельц даже не стал делать замечание уронившему ее солдату), едва различимый на противоположном краю площади, прозвучал для находившихся в нескольких кварталах спецназовцев так, словно все произошло за углом соседнего здания. Группа мгновенно рассредоточилась, прижавшись к стене ближайшего дома, и замерла. Выждав несколько секунд, майор жестом отправил спецназеров Окуня и Носа на разведку, приказав остальным оставаться на месте. Боевая пара бесшумно двинулась вдоль улицы, остальные бойцы присели около стены, ощетинившись стволами готового к бою оружия… Потянулось напряженное ожидание, знакомое любому военному человеку, когда секунда тянется целую вечность, а окружающее пространство вдруг сужается до размеров прорези прицела…

Матерый — семь лет боевого стажа — спецназище Окунь появился столь неожиданно, что генералу даже показалось, будто он просто материализовался из перенасыщенного тревожным напряжением воздуха. Улыбнувшись Юрию Сергеевичу своей немного виноватой и слегка беспомощной улыбкой, — которая, похоже, вообще никогда не сходила с его губ, он присел около командира и тихонько (но не настолько, чтобы не слышал генерал) сообщил:

— Ну, командир, это полный аллее! Чистое здоровье!.[27] Там впереди, кварталах в двух отсюда, здоровенная площадь, а на ней… Жалко, вы сами не видели — самые настоящие фрицы, "мадэ ин фатерлянд — сорок два" — около роты солдат, несколько офицеров, какие-то штатские, два танка и штук пять машин. Нет, это что-то, командир, это надо таки видеть, я вам говорю! Чистое здоровье…

Майор, привыкший, судя по всему, к неформальной манере доклада подчиненного, кивнул:

— Подойти можно?

— Легко. Там, правда, в подъезде двое фрицев нарисовались — типа караульные. Но это так — для блезиру. Дадите полторы минуты — мы их снимем. Как девочек у ресторана — легко и без крови. Я там Носа оставил за ними присматривать.

— Ясно… — задумчиво пробормотал Московенко. — Обойти их можно?

— Наверное… — Окунь пожал плечами. — Только неудобно — там улица поворачивает и упирается в площадь. Можно тихонько подойти и на этажах укрыться. А если в обход переть — скрытно подойти будет сложно.

— Ладно. — Майор принял решение. — Возьми с собой Глаза и убери этот пост. Сколько тебе времени надо?

— Ой, командир, я вас умоляю… — Окунь махнул рукой. — Через пять минут идите за мной — тут недалеко — все будет чисто и четко как в аптеке…

Майор усмехнулся и слегка хлопнул лейтенанта по плечу: