Читаем Сомниум полностью

И наконец я вижу его, он стоит совсем рядом, как же я сразу не заметила. Почему он не говорит со мною? Он смотрит своими ясными глазами, на мгновенье я вижу в них озорство, которое сменяется серьезностью и грустью. Он трогает мои ноги, прямо как тогда в бассейне, его руки скользят ниже и останавливаются на моей щиколотке. Пульсирующая боль, вот что я чувствую от этого прикосновения.

— Прекрати, не надо, — кричу я и тут же открываю глаза.

Первое, что я увидела, это было лицо мужчины, склонившегося надо мной. Меня охватил ужас. Он был похож на лохматого зверя. Его всклокоченные волосы были в два раза длиннее моих. Из-под широких бровей на меня смотрела пара черных глаз. Рта его не было видно за густыми седыми усами и бородой. На шее висело ожерелье из белых кривых бусин.

Я рассматривала лицо и пыталась понять, исходит ли от мужчины угроза. Его глаза пытливо изучали меня, потом он положил тяжелую ладонь с широкими, шершавыми пальцами мне на лоб.

— Она очнулась! — громко сказал он, и тут же за его спиной выросла целая толпа волосатых и бородатых мужчин. Их глаза не оставили на мне живого места, они блестели от любопытства и медленно пожирали меня. Эрон был чистым, а у этих — всклокоченные волосы, закопченные лица, грязные плечи и сальные лбы. Некоторые были одеты, как пользователи, а другие были голыми, лишь с бедер свисали странные лохмотья.

Я хотела добраться до тюрьмы, но совсем не думала, что буду делать при встрече с заключенными кибер-преступниками. Я молча рассматривала место, в котором оказалась. Мы находились в темном помещении с серыми каменными стенами и низким потолком. Посередине горел огонь.

— Кто ты и как себя чувствуешь? — спросил один из них. Его тело было покрыто маленькими рыжими пятнами под цвет волос.

— Что со мной произошло? — ответила я вопросом на вопрос.

— Тебя укусила змея.

— Я видела змей в Доме Культуры, они крайне опасны!

— Все позади! Энди отсосал яд из раны. Теперь необходимо много пить, чтобы очистить организм.

— Энди — это я! — буркнул тот, что с ожерельем, откуда-то из-под своей бороды.

— А кто ты?

— Я Малин.

Все молчали.

— Я шла сюда очень долго, уже не помню сколько.

Они продолжали молчать.

— Это тюрьма? — неуверенно спросила я.

Каменная комната тут же разразилась диким хохотом. Смеяться начал тот, что представился как Энди, к нему присоединились остальные. Они стали похожими на животных, извергающих страшные отрывистые звуки. Их широкие спины содрогались от смеха: громкие и тихие, бахающие и бухающие, обрывистые и непрерывные смешки эхом отскакивали от каменных стен.

Когда все успокоились, Энди, вытирая глаза от слез, сказал, с трудом сдерживаясь, чтобы не разразиться этими жуткими звуками вновь:

— Да, это тюрьма, — он сделал паузу и стал серьезен. — Прости, но еще никто никогда не задавал нам этого вопроса.

— С тех пор, как стена упала, нам с Энди только сегодня довелось впервые побывать там, где раньше был электронный шум валидатора, — сказал рыжий. — Мы нашли тебя у ручья недалеко от прежней границы. Ты знаешь, почему стена исчезла?

— Это амнистия! — сказал кто-то, и все снова засмеялись.

— Исчезло все и никто не знает почему! Я проделала длинный путь, чтобы увидеть Эрона Уолкера! — заявила я, решив, что с ними надо быть построже.

— Такого среди нас нет! — сказал кто-то.

— Тогда найдите его, а я подожду здесь.

— Конечно, подожди, — умиротворяюще сказал Энди. — Иннермост, дай воды!

Рыжий по имени Иннермост протянул мне шершавую чашку без ручки. Я выпила воды и попросила еще, а потом еще, и наконец после третьего раза я почувствовала, что немного утолила жажду. Слабость сковывала мое тело, и мне сложно было держать глаза открытыми. Я снова засыпала.

— Что это у тебя? — спросил кто-то.

Приоткрыв глаза, я увидела свою книгу в чьих-то волосатых руках.

— Это древняя книга.

— Я взгляну?

Я сделала усилие, чтобы кивнуть головой и сказать:

— Только осторожно, ее молекулярная структура не запрограммирована, поэтому не защищена от внешних воздействий.

Откуда-то из тепло-желтой пелены доносились обрывки фраз:

Две равно уважаемых семьи

В Вероне, где встречают нас событья,

Ведут междоусобные бои

И не хотят унять кровопролитья.

Я отключалась и уже не разбирала слов, а лишь была рада снова слышать человеческий голос. Мой долгий путь не оставил от меня ничего. Я была раздавлена, вымотана и полностью истощена. Закрыв глаза, я видела только свои ноги и пройденные километры серо-желтой земли. Как только мелькающие картинки уступили место пустоте, я моментально заснула снова.

* * *

Открыв глаза, я увидела прямо над собой потолок из тонких желтых веток. Подо мной была куча листьев и травы, но не зеленых и сочных, как в лесу, а желтых и сухих. Я села. Скомканный парашют был моей подушкой. Я испугалась, что книга пропала, но обнаружила ее под парашютной тканью. Мою щиколотку по-прежнему уродовали две распухшие кровавые отметины.

Комната была настолько мала, что я смогла достать рукой до потолка. В низкое отверстие, служившее дверью, проникал яркий солнечный свет. Я присела и взглянула на новый мир.