Читаем Солнечный рубеж. Бином полностью

– Теперь уже твоя, – усмехнулся Турал. – Эксклюзивная сборка. Подарок от дяди! Доставили вчера. Он хотел, чтобы я на нём тебя встретил. Знает, что тебе нравится белый цвет, – он протянул руку к двери без ручки и жестом открыл пассажирскую дверь. Затем, кивком указав Эмину на водительское место, добавил:

– Ты ведь его дыхание. Он тебя боготворит. Я же для него как пасынок.

Сев за руль, Эмин смущённо произнёс:

– Я не знаю, почему так. Однажды я у матери спросил, почему дядя Аббас меня балует, а к тебе относится строго. Это было, когда мы учились в школе. Она мне ответила, что его щедрость пропорциональна чувству вины и на это у него есть свои причины. Конечно, я ничего не понял, но она сказала, что в своё время я пойму.

– Возможно, когда-нибудь и я пойму его мотивы, – вздохнул Турал.

Сжимая ладонями руль, Эмин с досадой вспомнил:

– Они сняли с меня идентификационный имплантат.

– Не беда, пользуйся пока этим, – Турал протянул ему электронный брелок и небрежно коснулся руля. Руль откликнулся на касание ладони с вживлённым под кожу микро чипом, и приборная панель засияла ярче.

Когда они выехали на магистраль, Турал сказал:

– В город мы не заедем, езжай на север.

– К бабушке, ей стало хуже? – встревоженно поинтересовался Эмин.

– Бабушка скончалась месяц назад. Она была в коме; нас из Штатов вызывали поэтому, – сообщил удручающую новость Турал и положил руку кузену на предплечье. – Вот так, брат. Мир этот – пятидневный мир. Утром человек дышит, к полудню его дыхание останавливается, а к вечеру – земля принимает в свои объятия. Я думал, ты знаешь. Мать тебе не сказала?

– Нет, – с досадой повёл головой Эмин, всё ещё переваривая новость. – Мне с ней удалось поговорить, только когда я сошёл с самолёта. Все мои контакты до этого момента были ограничены. Она лишь сказала, что они ждут моего возвращения.

– Родители теперь живут в Азнуре в доме Аббаса, – добавил Турал.

– Где её похоронили?

– Там, где её родственники, неподалёку от Красной Слободы.

– Заедем по пути?

– Не сегодня.

В дороге они говорили обо всём – о бабушке, друзьях, автомобилях, о чём угодно. Как два электрона, нарезали круги вокруг ядра атома, не решаясь коснуться неловкой темы – инцидента, произошедшего с ними месяц назад в пригороде Лос-Анджелеса.

К середине пути, проехав мимо небесных опор из пяти пальцев, Турал, не выдержав, спросил:

– С тобой там хорошо обращались?

– Нормально, – пряча взгляд, ответил Эмин. – Там, на дороге, когда пришёл в себя, лежал лицом к земле с наручниками за спиной. Потом прилетела вертушка, и спецназ на ховербайках прочёсывал окрестности в поисках тебя. Я долго злился, думал, ты меня бросил и сбежал. Что с тобой произошло?

– История скверная, – задумчиво ответил Турал, – учитывая, что я почти ничего не помню. Только вспышки сумбурных воспоминаний. Помню, что лежал на спине на чём-то мягком, а в голове трещало как в трансформаторной будке. Ощущал чьё-то прикосновение. Глаза открыть не мог, но сквозь веки видел чей-то образ в сиреневом дыму. А может, это была галлюцинация. Даже не знаю.

– Что было потом?

– Потом? – переспросил Турал. – Потом я очнулся здесь.

– Как здесь?

– Вот так – закрыл глаза в Калифорнии, а открыл посреди гор в Кусарах. А рядом был он!

– Твой отец? – изумлённо посмотрел на него Эмин.

Турал глядя на дорогу, кивнул.

– Сколько ты отсутствовал?

– Дней двенадцать, кажется. Он привёз меня в госпиталь Азнура. А утром приехал Замиль и вывез меня из города. Больше я туда не возвращался.

– Мы с тобою всегда понимали, что наши родители что-то скрывают от нас, – заметил Эмин.

– Точно, – подтвердил Турал. – Они что-то замышляют. Уверен, что касательно нас у них тоже есть план. Иначе дядя Замиль не попросил бы меня приехать вместе с тобой, а встретил бы тебя сам, и мне не пришлось бы туда возвращаться. Не случайно Аббас держит нас подальше от своих дел. Бабушка о нём всегда молчала, как будто бы его нет, а твои родители избегают разговоров о его работе.

– Пока я летел, читал новости, которые пропустил, – сказал Эмин. – Ты знаешь, что произошло в Тихом океане?

– Точно нет, СМИ молчат про это. Говорят, что тихоокеанский флот столкнулся с каким-то неопознанным объектом, довольно крупным. Они пытались его атаковать, но ничего не вышло. Вся аппаратура на кораблях вышла из строя, эскадрилья пилотируемых истребителей затонула, четыре пилота погибло. Если хочешь узнать больше, можешь спросить у своего дяди, мы как раз едем к нему, и скорее всего, он в курсе.

– Ты заметил? – сбавляя скорость, сказал Эмин. – Нас пасут с самого аэропорта. Три машины, меняясь местами всю дорогу, следуют за нами. Я притормаживаю, но нас обгоняет только одна.

– Знаю, – ответил Турал, – это сотрудники национальной безопасности. А ты думал, я один буду тебя встречать? Не дёргайся и не вздумай отрываться. У них приказ тебя сопровождать, не попадаясь на глаза. Просто проводят нас до города, а затем свалят.

– Как скажешь, – кивнул Эмин.