Читаем Солдат императора полностью

Мы долго еще говорили в звездной темноте средиземноморской ночи. Обо всем – от непорочного зачатия Богородицы до заслуг святых, на которых основана была омерзительная торговля индульгенциями. По всему выходило, что даже невероятно начитанный и памятливый де Овилла не смог мне существенно возразить. И хоть и не согласился с очевидным, но прирезать не попытался и даже в глаз не дал.

Эту часть мы завершили жизнеутверждающим словом Августина Блаженного: «В догмате единообразие, в обрядах разнообразие, а в остальном – любовь».

– Ты, конечно, не признаешь, что католичество – ересь, да я и не прошу. Но пока прими как доказанную данность. Так?

– Противно, но допустим.

– Далее одно к одному. Где есть одна ересь, жди и другой. Ввиду явных ошибок в католическом учении его много раз пытались реформировать. И в XIV, и в XV веке. И вот на наших глазах появился Лютер. А за ним и наш бесноватый Томас Мюнцер подтянулся, которого братья ландскнехты торжественно прирезали 27 мая 1525 года после битвы при Франкенхаузене.

– Туда и дорога, хочется заметить.

– Да, непростой был человек. Так вот, я к чему клоню? Лютеранство как оно есть – логическое развитие католичества.

Франко засверкал очами и начал возражать.

– Что ты говоришь?! Неправда! Ты посмотри и послушай, что они говорят и к чему призывают…

– А что они такого говорят? – перебил я, усмехаясь. – Лютер ничего особенного не предлагал изначально. Обычный набор по оздоровлению ситуации: папу долой, индульгенции долой, роскошь духовенства долой. Ты сам с большинством тезисов согласен! И не он их первый озвучил. Можно подумать, что индульгенции и зажравшиеся попы – это нормально? Вернемся к родству заблуждений. Католики откололись от изначальной, истинной христианской традиции, причем в немалой мере по политическим мотивам откололись, заметь! То есть, говоря по-человечески, из шкурных интересов! Неудивительно, что именно в теле католичества вызрела эта язва – протестантизм. Это от общего нездоровья, в гнилом теле ничего, кроме язвы, в конечном итоге родиться не может. Раскол XI века, а затем и XVI, которому мы все свидетели. Так что никого, кроме самих себя, «благодарить» не надо.

– Тебя послушать, так лютеране и все последующие – овечки!

– Передергиваешь, друг! Я такого не говорил. У нас половина войска – лютеране. Мы вместе и в Италии, и в Германии ох как некрасиво выступали! И католики, и протестанты. Вот Мюнцера и его сплошь протестующих сподвижников кто бил? Ландскнехты. Протестанты. За деньги. Лютеранство – опасно! Очень! Ведь нет у них верховного авторитетного мнения! Уже сейчас полно сект, и каждый сам себе голова. А чему они учат? Предопределению к спасению одних и вечному аду других. От рождения. Простой вывод напрашивается: если ты богат и здоров, значит, Бог тебя любит и предначертал спасение, а если ты сир и убог, значит, проклят Богом и никак уже не спасешься. Это если в корень зреть, не обращая внимания на разнообразных фанатиков и маргиналов, которые готовы все вокруг жечь и рушить. Ничего не напоминает? Все верно – это концепция богоизбранного народа Израилева в измененном виде. Только теперь не народ богоизбранным получается, а определенные люди, которые, помяни мое слово, очень скоро объединятся, да хотя бы по имущественному признаку, и всю Европу кровищей умоют. Да так, что и нам, и вам не снилось! Уже сейчас костры по всей земле горят, ведьм и колдунов сжигают. Меня вот тоже едва не запалили… Куда там Святой инквизиции! Но это только начало. Людишки-то темные в основном, как оказались «во тьме внешней», из церкви изринувшись, так от страха и одиночества творят зверства. Это ненадолго. Скоро на место стихийного сорвиголовства придет продуманная политика и все, что с этим связано. Уже пришла, одни огораживания и «Кровавое законодательство» в Англии чего стоят! Не слышал? А ты поинтересуйся – полезно. Надеюсь, мы с тобой не увидим пришествия нового «Израиля». И не будет среди него места рыцарям и воинам. Это будет новый народ, народ ростовщиков и торгашей. А получается, что мы, католики, сами все это породили и подготовили алчностью да упрямством. И следует из этого… ты только руку с кинжала убери, а то мне тревожно… Следует, что вся история Западной церкви от самого раскола есть долгий прыжок от христианства в иудаизм через католичество. Вот такие мои мысли.

Испанец задумчиво гладил рукоять кинжала. Довольно долго гладил и молчал, смотря в палубу. Несколько раз набирал воздуха в грудь, но потом выдыхал, так ничего и не сказав. Наконец он прервал свои думы, нелегкие, надо предполагать, и изрек: