Читаем Сократ полностью

Однако в самое последнее время некоторыми учеными^{36}, в том числе и автором этих строк, была высказана принципиально иная точка зрения, согласно которой Сократ — выходец из обедневшей знати, сохранивший связь со своей исконной средой. Поскольку такой взгляд выглядит парадоксальным, то необходимо рассмотреть приводимые в его пользу аргументы и проверить, насколько они весомы.

В одном из диалогов Платона Сократ, беседуя с молодым Алкивиадом, блистательным аристократом, заводит разговор о знатности. Алкивиад упоминает о том, что его род восходит к самому Зевсу, Сократ же отвечает: «Да и мой род, благородный Алкивиад, восходит к Дедалу, Дедал же происходит от Гефеста, сына Зевса» (Платон. Алкивиад I. 121 а). И в другом месте (Платон. Евтифрон. 11с) философ также замечает, что его предок — Дедал.

Имя этого легендарного скульптора, художника и изобретателя, конечно, известно каждому, кто хоть что-нибудь знает о греческой мифологии. Но мало кто слышал о том, что Дедал, согласно мифам, имел знатнейшее происхождение — был внуком или правнуком афинского царя Эрехтея. Сократ же именует себя его потомком и тем самым вроде бы претендует на принадлежность к древней аристократии.

В схолиях (позднеантичных комментариях) к Платону в соответствующем месте приводится следующее генеалогическое древо, разъясняющее происхождение Сократа:

Гефест — Гея

Эректей — Прокрида

Метион — Некая женщина

Евпалам — Алкиппа

Дедал

В промежутке — многие мужчины и женщины

Софрониск — Фенарета

Сократ

Хорошо известно, впрочем, что схолии — крайне ненадежный источник^{37}: в них очень много путаницы и произвольных домыслов. Безоговорочно ручаться за приведенные схолиастами сведения почти никогда нельзя.

Если верить приведенным выше свидетельствам, то можно было бы констатировать, что Сократ происходил из аристократического рода Дедалидов. Некоторые исследователи признают существование в Афинах такого рода — «младшей ветви древнейшей аттической династии Эрсхтеидов»^{38}. Заметим, однако, что крупнейший специалист по афинской генеалогии Й. Тепфер отрицал существование этого рода^{39}. В Аттике, правда, был маленький дем под названием Дедалиды, но это еще ни о чем не говорит.

Разбирая этот вопрос, обязательно нужно учитывать еще и то, что Сократ — великий иронист: даже его собеседники сплошь и рядом не могли понять, когда он говорит серьезно, а когда шутит. Не имеем ли мы здесь дело с очередным проявлением сократовской иронии?

Возведение Сократом своего происхождения к Дедалу может, в частности, означать и то, что, как мы уже знаем, отец философа Софрониск был скульптором или, во всяком случае, работал в этой сфере. Все скульпторы должны были — в метафорическом смысле — считать себя потомками Дедала, точно так же как, например, все греческие медики считали себя потомками бога врачевания Асклепия (более известного нам в латинской транскрипции как Эскулап).

Есть, однако, и более убедительные аргументы в пользу аристократического происхождения Сократа. Известно, например, о наследственной дружбе между семьями Сократа и неоднократно упоминавшегося выше Аристида Справедливого. Отец Сократа Софрониск и сын Аристида Лисимах «всегда были товарищами и друзьями» (Платон. Лахег. 180 е). А сам Сократ поддерживал близкие отношения с Аристидом Младшим, сыном этого Лисимаха и внуком Аристида Справедливого (Платой. Фсаг. 130 а; Теэтег. 150 е), хоть и сетовал порою, что тот выходит из-под его контроля, поддаваясь дурным влияниям. Подчеркнем сразу, что в Афинах в V веке до н. э. знатные аристократы, к которым принадлежала семья Аристида, не стали бы ни с того ни с сего дружески общаться с простолюдинами, выходцами из низов общества. Античные греки вообще очень ответственно относились к тому, с кем заводить дружбу, а с кем нет, поскольку воззрение «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» воспринималось как безусловная истина (например, см.: Демосфен. XIX. 245)^{40}.

Говоря о связях между семьями Сократа и Аристида, продолжавшихся на протяжении нескольких поколений, отметим еще один занятный факт. Все знают, что Сократ был женат на Ксантиппе, имя которой стало хрестоматийным и нарицательным для сварливой женщины. Однако существует устойчивая традиция, представленная целым радом авторов (Аристотель. фр. 93 Rose; Деметрий Фалерский. фр. F 45 Jacoby; Плутарх. Аристид. 27; Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. II. 26; Афиней. Пир мудрецов. XIII. 556 а), согласно которой у Сократа была и вторая жена, по имени Мирто, которую он взял в свой дом то ли для того, чтобы помочь ей в нужде, то ли выполняя какое-то постановление, поощрявшее граждан для улучшения ситуации с деторождением иметь двух жен сразу.