Читаем Соавторы полностью

Версия вторая: Елену убили с целью ограбления, при этом преступник точно знал, где лежит то, что он ищет, поэтому в квартире после убийства не осталось никакого беспорядка и ни малейших следов лихорадочных поисков. Но что именно взял убийца? Все ее драгоценности находились в квартире Сафронова. Одежда? Возможно, но маловероятно. В шкафах висит достаточно много дорогих вещей, в том числе и шубы, и если преступник брал именно одежду, то почему не взял всю? Беда в том, что невозможно установить, какие предметы пропали из квартиры: спросить не у кого. Сафронов здесь не бывал, Наталья Разгон - тоже, приходится опираться только на показания Ниночки Клевцовой, которая из любопытства регулярно инспектировала содержимое шкафов и шкафчиков Щеткиной и утверждает, что не пропало ничего и все вещи, которые она видела в последний раз, находятся на месте. Но Ниночка - источник ненадежный, потому что, кроме шкафов и шкафчиков с одеждой и косметикой, в квартире существует огромное число других мест, где могло лежать что-то, для Ниночки интереса не представляющее, но зато важное и нужное для убийцы.

Задача все та же: найти всех любовников Щеткиной, поскольку уж они-то бывали в этой квартире множество раз и на протяжении длительного времени Возможно, кто-то из них оставлял что-то на хранение и не забрал, оставил за ненадобностью, забыл? Или думал, что потерял? А может быть, Лена им что-то показывала и при этом упоминала, что это имеет большую ценность? Или Лена ничего не показывала и не говорила, а они сами случайно нашли?

И версия третья, она же первоначальная: Елену убили за то, что она шантажировала Егора Сафронова.

И если история жизни Лены Щеткиной была на сегодняшний день более или менее известной, то сведения о жизни ее мужа пока не собраны, и снова придется ждать.

Правда, после возвращения Чеботаева из Новосибирска сыщиков, работающих по делу, стало трое, и есть надежда, что жизнеописание Егора Витальевича вот-вот ляжет на стол Насти Каменской.

Заниматься анализом информации - это то единственное, что ей нравится, и если уж ей предписано оказывать оперативникам практическую и методическую помощь, то делать она будет именно это О Екатерине Сергеевне Славчиковой Настя почти не вспоминала Они встречались в воскресенье, а во вторник позвонил Владик Стасов.

- Настюха, это ты мне из ненависти так удружила? - ехидно спросил он. - Она на тебя сослалась - Кто, писательница? А что тебе не нравится? - удивилась Настя - Нормальная тетка с нормальной проблемой Ты же можешь ей помочь?

- Да могу, конечно, не вопрос. Но как это выглядит, если я работаю на Танюшкину конкурентку? Меня как верного мужа совесть изгрызла.

- Так ты же не книжки писать ей помогаешь, а с родственником разбираться, - возразила она. - И вообще, Владик, у нашей Татьяны конкурентов нет и быть не может, она все равно лучше всех.

- Это ты не права, - очень серьезно ответил Стасов. - Танюшка, например, считает, что романы Василия Богуславского написаны лучше. Они ей очень нравятся.

Настя рассердилась.

- Слушай, Стасов, не морочь мне голову! Я этого Богуславского не читала и читать не собираюсь, поэтому не втягивай меня в дискуссию о том, кто пишет лучше, а кто хуже. У Тани тиражи падают?

- Да нет, растут. Но…

- Тогда все, обсуждение закрыто. А если наша Танюшка считает, что Богуславский пишет лучше, так пусть гордится тем, что тиражи у нее не падают, стало быть, она достойно выдерживает конкуренцию с прекрасным автором. Вернее, с соавторами Их аж трое, и даже втроем они не могут написать так, чтобы вытеснить ее книги с рынка. Ну что, принимаешь аргумент?

- Умная ты до противного, - вздохнул Владислав, - с тобой даже спорить неинтересно.

Она рассмеялась.

- С женщиной не надо спорить, Владик, женщину нужно холить, лелеять и любить.

Поняв, что жена профессора Славчикова в надежных руках и ею будут добросовестно заниматься, Настя благополучно забыла о Екатерине Сергеевне. И не вспоминала до самой субботы.

***

В субботу в Настиной маленькой квартирке на Щелковском шоссе состоялся большой совет под руководством Чистякова. Сюда приехали Юра Коротков с невестой Ириной и Коля Селуянов с женой Валечкой На повестке дня стоял один-единственный вопрос: как организовать свадьбу, чтобы никого не обидеть и при этом не провалиться в финансовую пропасть. Проблема же состояла не в отсутствии денег как таковых, а в бесконечных комплексах Юры Короткова, который не желал сидеть на шее у жены-актрисы.

- Я не позволю, чтобы Ирка тратила на свадьбу больше денег, чем я. Если у меня заныкано две штуки баксов, которые я скопил за длительное время путем неимоверных самоограничений, то пусть Ирка даст столько же, и мы будем жениться за четыре тысячи. И не потратим на свадьбу ни копейки сверх этого. Иначе я вообще жениться не буду.

- Здрасте, приехали, - развела руками Ирина. - Я только на последней картине двенадцать тысяч заработала, а еще от прошлых гонораров остатки есть, куда их, солить, что ли? Алексей Михайлович, вы из них всех самый умный, убедите Юрку, он вас послушает.