Читаем Смешенье полностью

– Некоторые сказали бы, что это свидетельствует о нашей высокоразвитости.

– Я не из тех мракобесов, что считают кредит изобретением дьявола, и нечего меня с ними верстать. Я говорю лишь, что чернила, высыхая на бумаге, становятся хрупкими, и финансовая система, выстроенная на чернилах, тоже будет хрупкой – настолько, что может рассыпаться в любой миг. В то время как золото и серебро ковки, податливы…

– По мнению некоторых, это оттого, что их атомы, или частицы, обволакивает подвижная ртуть…

– Увольте.

– Минуту назад вы сами требовали от меня метафизики.

– Вы меня дразните, Роджер. Ладно, ладно, забавляйтесь, я не в претензии.

– Даниель, вы правда хотите отправиться в Массачусетс и оставить всё это позади?

– Всё это куда забавнее, чтобы не сказать прибыльнее, для вас, чем для меня. Я хочу отрешиться от мелочных забот, уехать в глушь и работать.

– Что, в вигваме? Или вы уже присмотрели пещеру?

– Там осталось достаточно деревьев.

– Вы намереваетесь жить на дереве?

– Нет! Срубить их, выстроить дом.

– Боюсь, Даниель, вы непривычны к такой работе.

– Но я умею учиться.

– Куда надёжнее рассчитывать на какой-либо общественный институт. Вы могли бы стать викарием в пуританской церкви.

– В пуританских церквях нет викариев.

– Ах, да… ну что ж, вас могут взять в Гарвард.

– Могут взять, а могут не взять.

– Вот, Даниель, метафизическое истолкование ваших обстоятельств.

– Я весь обратился в слух.

– Вы ещё нужны Англии!

– Боже милостивый! Чего ещё ей от меня нужно?

– Сейчас я к этому перейду. Но прежде я предлагаю сделку.

– Подразумевается ли оплата серебром? Или чернильными закорючками?

– Подразумевается синекура для Даниеля Уотерхауза. В Колонии Массачусетского залива.

– А я, чёрт побери, здесь, по другую сторону океана!

– Синекура включает в себя некоторые привилегии, такие, как билет в один конец.

– Вы хотите сказать, Англия ждёт от меня чего-то столь ужасного, что после этого мне нельзя будет в ней показываться?

– Вы придумываете невесть что. Вы сами всё это время твердили, что стремитесь в Массачусетс.

– Тогда зачем было подчёркивать, что билет в один конец?

– Вы сможете вернуться, как только сочтёте, что это в ваших интересах, – невинно проговорил Роджер. – До тех пор, покуда алианс у власти, вы без покровительства не останетесь.

– У вас есть досадное обыкновение глотать слова, как раз когда вы собираетесь сказать что-то важное. Вы это нарочно?

– Алианс… алианс… АЛИАНС!

– Это что ещё за напасть? Род ишиаса?

– Можно произносить на французский манер – альянс.

– Вы о супружестве?

– Скорее о содружестве.

– Тогда почему просто не назваться партией?

– Потому что тогда решат, будто мы собираем партию в босто́н.

– Не всё ли равно, в Бостон или в Массачусетс?

– Мы собираемся не бежать от власти, а брать её.

– Но разве вы не стремитесь к таинственности?

– Тогда мы просто назвались бы кликой.

– Ладно. Так вы входите в альянс?

– Я вхожу в альянс.

– И будете в этом альянсе…

– Канцлером казначейства… Даниель, ну что за мальчишество – фыркать кофием через ноздри. Вы знаете кого-то более достойного?

– А что Апторп?

– Сэр Ричард, как называют его вежливые люди, будет руководить банком.

– Вы не думаете, что он с радостью оставит свои обязанности в банке, чтобы стать канцлером казначейства?

– Нет, нет, нет, я не о банке Апторпа. Я об Английском банке.

– Такого учреждения не существует.

– Как в Колонии Массачусетского залива нет учреждения, которое дало бы вам крышу над головой и синекуру. Однако учреждения можно создавать. Они потому и зовутся учреждениями, что их учреждают.

– А.

– Вы и впрямь схватываете всё на лету!

– Английский банк… Английский банк… звучит… э… солидно.

– В том-то весь и смысл.

– Он будет привлекать капитал и давать деньги в долг.

– Как все банки со своего появления.

– Я вижу лишь два изъяна в этом воистину превосходном плане, милорд.

– Позвольте угадать. У нас нет капитала и нет денег.

– Именно так, милорд.

– Не восхитительно ли, как всё поначалу просто? Как я люблю всё простое!

– Дайте мне подумать… что будет капиталом?

– Англия.

– Я должен был догадаться по названию. А как насчёт денег?

– Банк выпустит какие-нибудь бумаги. Но вы правы, нам потребуется чеканить монету. Более того, нам потребуется перечеканка.

В уютном уголке кофейни воцарилась тишина. Роджер Комсток провёл много человеко-лет, ораторствуя в парламенте, и знал, когда сделать эффектную паузу. А Даниель на какое-то время погрузился в задумчивость. Слово «перечеканка» навеяло на него странную грусть, и теперь он силился понять почему. Оно означало, что все старые монеты, посуду, подсвечники, слитки расплавят в огромных тиглях на Монетном дворе в Тауэре. Жар очистит металл от неблагородных примесей, но он же сплавит всё воедино, уничтожит различия.