Читаем Смерть Запада полностью

Иммиграция — острейшая проблема, требующая немедленного решения, ибо ставится вопрос о том, а кто мы, американцы, собственно, такие? Подобно Миссисипи, неторопливой, долгой и дарующей жизнь, иммиграция во многом обогатила Америку, о чем не позволит забыть наша история. Но когда Миссисипи выходит из берегов, опустошение остается чудовищное... В общем и целом, по причине торжества политкорректности иммиграцию сегодня обсуждать и осуждать не принято. Считается, что лишь «националисты» или «ксенофобы» могут быть недовольны политикой, которая привлекает в США множество людей разного цвета кожи, разного воспитания и разной веры. Между тем вода в реке, если вспомнить сравнение с Миссисипи, поднимается все выше. Что будет с нашей страной, если эта вода выплеснется из берегов?

В конце 1999 года автор этих строк выехал из Таскона и направился на юго-восток к Дугласу, пограничному городку в Аризоне с населением в восемнадцать тысяч человек. Дуглас уже давно превратился в главный форпост нелегальной иммиграции из Мексики. Только в марте 1999 года пограничный патруль ожидал проникновения на территорию США двадцати семи тысяч мексиканцев, то есть за месяц границу нелегально пересекало полтора населения Дугласа!⁴³

Находясь в Дугласе, я нанес визит Терезе Мюррей, восьмидесятидвухлетней вдове, которая живет в Аризоне с самого рождения. Ее ранчо окружает железный забор высотой семь футов, поверх которого тянется колючая проволока; на каждой двери и на каждом окне железные ставни и весьма чувствительная сигнализация. Миссис Мюррей спит с пистолетом тридцать второго калибра на прикроватной тумбочке, потому что нелегалы вламывались к ней в дом не меньше трех десятков раз. Раньше она полагалась на своих собак, но тех извели — кто-то подбросил через забор мясо, буквально нафаршированное битым стеклом. Иными словами, Тереза Мюррей доживает жизнь в тюрьме строгого режима — и это в своем собственном доме в своей собственной стране! А все потому, что правительству США не хватает решимости поступать, как требует закон, и обеспечить надлежащую охрану границы Соединенных Штатов.

Если Америка чем-то и озабочена, это «что-то» — свобода. Но Тереза Мюррей призналась мне: «Я потеряла свою свободу. Я не могу даже выйти из дома, не попросив кого-нибудь приглядеть за всем, пока я отсутствую. Мы привыкли пересекать границу, когда захотим. Мы привыкли, что мексиканцы работают на нас. И жить здесь всегда было весело и приятно. А теперь тут сущий ад. Вот именно, сущий ад»⁴⁴.

Тереза Мюррей и многие другие американцы, утратив свободу, живут, как в аду, а американские солдаты между тем защищают границы Кореи, Кувейта и автономной области Косово. Но разве можно сравнить риск, на который идут они, находясь за полмира от дома, с тем риском, которому подвергаются граждане США, живущие на границе с Мексикой? На той самой границе, которую ночами пересекают многотысячные армии, движущиеся на север, к великим городам великой Америки. Между вражеским набегом и иммиграцией разница только одна: враги придут и уйдут, а иммигранты останутся...

КТО ПОГУБИЛ РЕЙГАНОВСКУЮ КОАЛИЦИЮ?

Четверть века, с 1968 по 1992 год, Республиканская партия владела «правом первой ночи» на пост президента США. «Новое большинство», созданное Ричардом Никсоном и возрожденное Рональдом Рейганом, подарило республиканцам пять побед на шести президентских выборах. Победы приносило привлечение к традиционной республиканской базе двух демократических блоков — католиков из северных штатов и белых протестантов из южных. Мистер Никсон приманил этих выборщиков посулами и, что называется, «ритуальными политическими заклинаниями» во славу патриотизма, популизма и социального консерваторства. Успех укрепил позиции республиканцев в промышленных штатах и на «исконном Юге», который считался опорой демократов со времен Аппоматокса. С течением лет «коалиция Никсона-Рейгана» стала выглядеть практически неуязвимой. Макговерн, Мондейл и Дукакис набирали до 90 процентов голосов чернокожих, однако у республиканцев всегда было 60 процентов голосов белых, что составляло свыше 90 процентов от общего числа выборщиков, поэтому победа всегда оставалась за Республиканской партией.

Такова была «южная стратегия». Пресса называла ее безнравственной, демократы активно сотрудничали с сегрегационистами, особенно Эдлай Стивенсон. За пределами Миссури — пограничного штата с тягой к Югу Стивенсону в 1956 году покорились только «диксикратовские штаты»*, впоследствии примкнувшие и к Джорджу Уоллесу.

_______________

* Dixiecrat States — от жаргонизма «dixiecrat», «демократ из южных штатов». — Прим. перев.