Три республики на самом юге — все еще находившиеся во власти старой партийной машины — либо приветствовали переворот, либо просто приняли его. Когда переворот провалился, они объявили о независимости, чтобы избежать ветров либерализации, подувших из Москвы. Президент Узбекистана Ислам Каримов и его коллега в Туркменистане Сапармурад Ниязов крепче взяли в руки бразды правления и начали наступать на демократическую оппозицию, возникшую при перестройке — в значительной степени в Узбекистане, где она всегда подавлялась, и лишь в незначительной мере в Туркменистане, где так и не укоренились более либеральные принципы, исходившие из Москвы.

В Таджикистане, самой бедной из союзных республик в плане экономических показателей, бушевал политический конфликт. Демократическая оппозиция, возглавляемая националистически настроенной интеллигенцией, принудила местного руководителя компартии Кахара Махкамова уйти в отставку после того, как он поддержал попытку переворота. Однако их победа над коммунистической политической машиной была краткой. Преемник Махкамова Кадриддин Аслонов тотчас запретил компартию, но она переименовалась в социалистическую, а парламент, где она составляла большинство, отменил запрет и вернул к власти предшественника Махкамова Рахмана Набиева, которого Горбачев снял в 1985 году. Последовавшие за этим президентские выборы привели к победе Набиева, но иностранные наблюдатели обнаружили широкую подтасовку данных.

В результате демократы объединились с двумя оппозиционными партиями исламской ориентации, и началась гражданская война, тем более разрушительная, что исламские группировки получали поддержку от моджахеддинов из Афганистана, а те, одержав победу над просоветским режимом в Кабуле, имели в избытке оружие, которое и переправляли через границу своим соратниками.

Преобразованный СССР

Москва не очень стремилась ввязываться в эти местные конфликты, хотя Ельцин и совершил с Назарбаевым кратковременную поездку в Нагорный Карабах в попытке выступить посредником в тамошнем конфликте. Главное внимание в столице было сосредоточено на попытках спасти рассыпающееся советское правление, на неустанном расширении сферы деятельности российского правительства с его эффективным законодательством и на переговорах о заключении нового союзного договора.

В первую неделю сентября была созвана чрезвычайная сессия советского Съезда народных депутатов для обсуждения проблем, возникших после попытки переворота. В результате ожесточенных дебатов Съезд народных депутатов подавляющим большинством голосов высказался за создание Союза суверенных государств согласно просьбе руководителей десяти республик, участвовавших в первом заседании нового Государственного совета. Это означало, что Съезд народных депутатов заканчивает свое существование.

Хотя кое–кто считал, что договор о создании конфедерации может быть подписан в течение недель, поскольку противники объединения были побеждены, Съезд народных депутатов тем не менее создал новую правительственную структуру для Советского Союза, который должен был продолжать свое существование до тех пор, пока не будет подписан новый договор или принята новая конституция. Эта структура состояла из Государственного совета, состоящего из президентов республик, готовых подписать союзный договор, с президентом СССР в качестве председателя; реструктуированного Верховного Совета и Межреспубликанского комитета по экономике для координации экономической политики. Однако руководство предприятиями, по большей части, переходило к республикам, которые по сути дела уже установили контроль над государственной собственностью на своей территории.

Дебаты были чрезвычайно ожесточенными, поскольку большинство депутатов не были довольны тем, что их институт перестает существовать. Под конец их удалось подкупить обещанием, что до конца 1994 года, то есть до окончания срока, на который они были выбраны, зарплата и привилегии останутся за ними.

Хотя новая структура была разработана наспех, в расчете на короткий, как многие думали, переходный период, она была плодом определенных компромиссов, которые при более благоприятных обстоятельствах могли бы разрешить споры и затянувшиеся переговоры по союзному договору до августа месяца. Так например, по–новому предлагалось построить верхнюю палату парламента…

Новым было и то, что даже те республики, которые решат не присоединяться к союзному договору, могут участвовать в Межреспубликанском комитете по экономике. Если союзный договор был бы подписан, эта организация могла бы стать механизмом по координации экономической политики независимых государств. Год тому назад это могло бы рассматриваться как радикальная уступка различным движениям за независимость. Горбачев и другие в ту пору утверждали, что независимость и экономическое сотрудничество несовместимы. Но политическая атмосфера к осени 1991 года настолько изменилась, что новаторские аспекты предлагаемой организации не привлекали больше внимания.