Читаем Слеза полностью

Ранние летние деньки, только они трое, плывущие вокруг пляжа Сайпреморт Пойнт, отец, засовывающий ей и Диане в рот сахарную вату с городской ярмарки — все это казалось для Эврики сном, который она едва ли могла вспомнить. Единственную вещь, которую ее родители делали вместе этим летом — это ссорились.

Самая большая ссора назревала в течение нескольких месяцев. Родители всегда спорили на кухне. Диану провоцировало спокойное поведение отца в тот момент, как он помешивал и тушил продукты, подвергая их сложной обработке. Чем жарче была их ссора, тем больше посуды она разбивала. Она испортила его мясорубку и скрутила макароны. И к тому времени, как ураган Рита настиг их город, в серванте остались всего лишь три целые тарелки.

К вечеру дождь стал сильнее, но не настолько сильным, чтобы заглушить крики, доносящиеся с нижнего этажа. Эта ссора началась, когда подруга Дианы предложила им прокатиться на фургончике, на котором она направлялась в Хьюстон. Диана хотела эвакуироваться; отец хотел переждать шторм. У них случилась такая же ссора, как и много раз до этого, под ураганом и безоблачным небом. Эврика колебалась между тем, что делать. С одной стороны она хотела зарыться в подушку, а с другой стороны прижать ухо к стене и послушать, о чем говорили родители.

Она услышала голос матери: «Ты о каждом человеке думаешь с худшей стороны!»

И отца: «По крайней мере я вообще думаю о чем-нибудь!»

Затем она услышала звук стекла, разбитого об кафельный пол кухни. Наверх шел острый, солоноватый запах, и Эврика поняла, что Диана разбила сосуд с окрой, который отец поставил на подоконник для маринования. Она услышала ругательства, а затем еще больше грохота. На улице завывал ветер. Град стучал по окнам.

— Я не буду просто сидеть здесь! — кричала Диана. — Я не буду ждать момента, пока я утону!

— Посмотри в окно, — сказал отец. — Ты не можешь сейчас уйти. Это будет небезопасно.

— Не для меня. Не для Эврики.

Отец затих на мгновение. Эврика могла представить как ее отец наблюдает за своей женой, которая может вскипеть так, как он бы никогда не позволил вскипеть своему соусу. Он всегда говорил Эврике, единственный нагрев, который разрешен для использования при готовке твоего любимого соуса — самое мягкое тушение на медленном огне. Но Диана никогда не сдерживалась.

— Просто скажи это! — закричала она.

— Ты хотела уйти даже тогда, когда не было урагана, — сказал он. — Ты постоянно убегаешь. Это показывает твою реальную сущность. Но ты не можешь исчезнуть. У тебя есть дочь.

— Эврику я возьму с собой.

— У тебя есть я. — голос отца дрогнул.

Диана не ответила. Свет потух, потом появился, потом опять потух окончательно. Прямо за дверью комнаты Эврики находилась площадка, с которой было видно все кухонное пространство. Она тихонько выбралась из своей комнаты и схватилась за перила. Она видела, как родители зажигают свечи и кричат на друг друга, выясняя чья это вина, что у них так мало свечей. Когда Диана поставила подсвечник на камин, Эврика заметила разноцветный чемодан, стоявший у подножия лестницы.

Диана приняла решение эвакуироваться еще до того, как начался ураган.

Если ее отец останется, а мать уйдет, что будет с Эврикой? Никто не говорил ей собирать свои вещи.

Ей не нравилось, когда ее мать уезжала на недельные археологические раскопки. Это казалось другим, залитым в тусклое сияние вечности. Эврика опустилась на колени и прижалась лбом к перилу. Слеза скатилась по ее щеке. Одна на верхушке лестницы, она выпустила тяжелый всхлип.

Над ее головой прозвучал взрыв разбитого стекла. Эврика увернулась и прикрыла голову. Поглядывая сквозь пальцы, она увидела, что ветер толкнул большую изогнутую ветку дубового дерева на заднем дворе в окно второго этажа. Стекло осыпало ее волосы. Через дыру в окне текла вода. Задняя часть хлопковой ночной сорочки Эврики промокла.

— Эврика! — крикнул отец, подбегая по лестнице. Но прежде, чем он достиг ее, ниже по коридору послышался странный скрип. В то время, как ее отец повернулся посмотреть откуда донесся этот звук, Эврика посмотрела на дверь, и увидела, что бойлер сорвался с петель.

С его внутренней стороны хлынула огромная волна. Деревянная дверь налетела на ее и можно было представить, что лодка переплавляется по морю. Эврике понадобилось несколько секунд чтобы понять, что бак для воды разломлен пополам в центре и все его содержимое образовало гигантскую ванну в коридоре. Трубы высвистывали потоки воды по стенам, крутились словно ужи на сковородке. Вода намочила ковер, разлилась по нижним ступенькам лестницы. Поток опрокинул стулья на кухне. Один из них сбил с ног Диану.

— А дальше все будет только хуже, — крикнула она мужу. Она оттолкнула стул и выпрямилась. Когда она посмотрела на Эврику, на ее лице появилось странное выражение.