Тот провел эти два дня в напряжении от предвкушения, мечтая поскорее попасть в Америку самому. Рассказ Питера Клеменцы об убийстве Санни пробудил в нем кое-какие предчувствия насчет Тури Гильяно. В его голове две эти личности тесно переплелись. В каком-то смысле они были похожи – оба отличались жизненной силой и властностью. Однако Гильяно был ровесником Майкла, и его интриговала слава этого человека; мысли о предстоящей встрече тревожили его. Он гадал, для чего Тури понадобился его отцу в Америке. И не сомневался, что поручение привезти Гильяно отец дал ему неспроста.

Майкл прошелся вместе с Адонисом до пляжа. Вооруженные охранники приветствовали их обоих воссиа – «ваше превосходительство». Никто не выказал ни малейшего удивления при виде крошечной элегантно одетой фигурки Гектора Адониса. Моторка уже вернулась, и теперь, вблизи, Майкл увидел, что она размером с небольшую яхту. Мужчины на борту были вооружены лупарами и автоматами.

Июльское солнце палило вовсю; море было таким синим и гладким, что отражало солнечные лучи, как лист металла. Майкл с Гектором Адонисом присели на два стула на причале.

– Прежде чем уехать, я должен передать вам финальные инструкции, – тихо заговорил Адонис. – Это самое главное, что вы можете сделать для Гильяно.

– Все что угодно, – сказал Майкл.

– Немедленно отправьте «Завещание» Гильяно в Америку, отцу, – продолжал Адонис. – Он знает, как им распорядиться. Он проследит, чтобы дон Кроче и правительство в Риме узнали, что оно вне их досягаемости, в Америке, и тогда они не осмелятся причинить вред Гильяно. Дадут ему спокойно покинуть страну.

– Оно у вас с собой? – спросил Майкл.

Маленький человечек застенчиво улыбнулся ему, а потом рассмеялся:

– Оно уже у вас.

Майкл был изумлен.

– Вас дезинформировали, – ответил он. – Никто мне его не давал.

– Нет, давали, – сказал Гектор Адонис. Он дружески хлопнул Майкла по плечу, и тот обратил внимание, какие крошечные и нежные у него пальцы, как у ребенка. – Мария Ломбардо, мать Гильяно, передала его вам. Только я и она знаем, где оно. Даже Пишотта не знает.

Майкл так и сидел в недоумении.

– Оно в Черной Мадонне, – сказал Гектор Адонис. – Мадонна действительно хранилась в семье несколько поколений, и ей нет цены. Все об этом знают. Но Гильяно подарили копию. Она полая. «Завещание» написано на тончайшей бумаге, на каждом листе – подпись Гильяно. Я помогал ему составлять его в течение последних лет. Там есть очень важные обличительные документы. Тури всегда понимал, какой конец ему грозит, и хотел быть подготовлен. Для юноши он отличный стратег.

Майкл усмехнулся:

– А его мать – отличная актриса.

– Все сицилийцы такие, – сказал Гектор Адонис. – Мы никому не доверяем и всех вводим в заблуждение. На отца Гильяно можно положиться, но он немного несдержан. Пишотта был ближайшим другом Гильяно с самого их детства, Стефан Андолини спас Гильяно жизнь в бою с карабинери, но люди меняются со временем или под пыткой. Поэтому лучше, чтобы они не знали.

– Но он доверился вам, – заметил Майкл.

– Это мое благословение, – ответил Адонис просто. – Но вы оценили, насколько умен Тури? «Завещание» он доверил только мне, а Пишотте доверяет свою жизнь. Чтобы он погиб, выдать его должны мы оба.

Глава 17

Майкл Корлеоне и Гектор Адонис прошли обратно к вилле и присели под лимонным деревом вместе с Питером Клеменцей. Майклу не терпелось прочесть «Завещание», но Гектор Адонис сказал, что Андолини должен заехать за ним и отвезти назад в Монтелепре, так что Майкл решил дождаться Андолини и узнать, нет ли новостей.

Прошел час. Гектор Адонис поглядел на часы, лицо его было встревоженным.

– Наверное, машина сломалась, – сказал Майкл. – Его «Фиат» еле ездит.

Гектор Адонис покачал головой:

– У Стефана Андолини сердце убийцы, но человек он пунктуальный. И надежный. Боюсь, раз он опаздывает, что-то пошло не так. А мне надо оказаться в Монтелепре до заката, пока не наступил комендантский час.

– Мой брат даст вам машину и шофера, – сказал Питер Клеменца.

Адонис обдумал его предложение.

– Нет, – ответил он наконец, – я буду ждать. Мне надо увидеться с ним.

– Вы не возражаете, если мы прочтем «Завещание» без вас? – спросил Майкл. – Как открывается статуэтка?

– Конечно, прочтите его. Что касается статуэтки, тут нет никакого секрета. Она из цельного дерева. Голову приклеили после того, как Тури спрятал бумаги внутри. Просто отколите ее. Если возникнут трудности с чтением бумаг, я охотно вам помогу. Пошлите за мной кого-нибудь из слуг.

Майкл и Питер Клеменца поднялись к Майклу в спальню. Статуэтка так и лежала у Майкла в кармане пиджака; он совсем о ней забыл. Теперь он вытащил ее, и двое мужчин вгляделись в Черную Деву Марию. Черты лица у нее были африканские, но выражение в точности такое, как у Белых Мадонн, украшавших практически любое жилище бедняков на Сицилии. Майкл покрутил ее в руках. Статуэтка была тяжелой – никогда не скажешь, что она полая внутри.