Читаем Симфония времён полностью

– Сефиза! – воскликнул Аристарх, хватаясь за сердце. – Ты хочешь довести нас до сердечного приступа, что ли?!

– И погубить присоединившееся к нам молодое дарование прежде, чем мы получили от него хотя бы какую-то пользу? – фыркнула девушка, дергая плечом. Она не потрудилась вытащить руки из карманов своего одеяния. – Это было бы крайне глупо, не находишь?

Она обошла меня кругом, оглядывая с ног до головы, затем с потрясающей непринужденностью поинтересовалась:

– Стало быть, вы и есть тот самый уникум, добровольно сбежавший из рая ради возможности оказаться в аду? Серьезно, чем вас не устроила сладкая жизнь?

– Верлен, позвольте вам представить Сефизу, – вмешался Аристарх прежде, чем я успел ответить. – Она доктор медицины и специалист по биотехнологиям. Сефиза, это Верлен, инженер-программист, знаток робототехники, специализируется на искусственном интеллекте. Дорогая моя, будет весьма любезно с твоей стороны, если ты сохранишь в тайне происхождение нашего нового сподвижника. Как ты сама понимаешь, предполагалось, что ты вообще не будешь этого знать…

– Значит, вы любитель древней поэзии? – поддразнила меня Сефиза. Губы ее изогнулись в насмешливой улыбке. Она выгнула бровь и процитировала по памяти:

– «Скорее всего, мы идем туда, куда не желаем, и делаем то, чего не хотим делать»[3].

– Вы ошибаетесь, это цитата из Рембо, – вырвалось у меня.

Девушка склонила голову набок: очевидно, она прекрасно знала, кого именно цитирует. Уголок ее рта пополз вверх, из-за чего получилась весьма дерзкая улыбка. Потом Сефиза снова процитировала, глядя мне прямо в глаза:

– «Мы все слишком много страдали, ангелы и люди, от этого конфликта между Отцом и чем-то Лучшим»[4].

Очевидно, Сефиза меня проверяла. По правде говоря, она вовсе не высмеивала мою страсть к замшелым поэтам, давным-давно устаревшим и всеми позабытым. Напротив, она любила их, как и я…

Внезапно меня озарило, и я громко воскликнул, не подумав:

– То обращение… Это были вы?

Не знаю почему, не знаю как, но я вдруг ясно осознал: именно эта девушка написала те слова. Тот пронзительный, анонимный текст, на который я случайно наткнулся в Альтернете, благодаря которому я прозрел и пересмотрел свои взгляды. Тот текст стал последней каплей, окончательно изменившей всю мою жизнь; из-за него я бежал из своей родной страны, отказался от комфортной жизни и очертя голову бросился навстречу неведомому.

Помимо Аристарха и Сефизы, я не знал никого из членов организации, раскинувшей свои щупальца по всему миру. Тем не менее я был убежден: слова, нашедшие столь сильный отклик в моей душе, написала именно эта девушка…

Сефиза моргнула, надменное выражение слетело с ее лица, сменившись изумлением.

– Благодаря этому воззванию я смог выйти на связь с вашей группой, – пояснил я. – Именно благодаря вам я стал частью этого проекта.

– Я… То открытое письмо очень быстро вычистили из Сети, – пробормотала девушка. От ее прежней уверенности не осталось и следа.

– Это правда, Сефиза, – подтвердил Аристарх, открывая дверь, перед которой мы стояли. – Благодаря твоему красноречию и силе убеждения мы сумели привлечь внимание и завербовать профессионала такого уровня. Впрочем, вы и так нашли бы общий язык, будучи любителями старинных музыкальных инструментов. Верлен, вы ведь признались, что в свободное время играете на пианино? А Сефиза великолепная скрипачка.

Аристарх включил потолочный светильник, и я увидел, что у стоящей рядом со мной девушки карие глаза: их блеск взволновал меня до глубины души.

Она говорила со мной с другого конца света. Вырвала меня из повседневной рутины, даже не заметив этого. Она цитировала поэтов, которых я обожал, любила классическую музыку, а еще обладала самым притягательным и чарующим взглядом, какой я когда-либо видел.

Она – та единственная, кого я так долго искал, даже не в силах признаться в этом самому себе.

Это полное безумие, ребячество, совершенно несвоевременное, и все же я мгновенно поверил, что Сефиза предназначена мне.

Я не знал, что ждет меня в будущем, таком неопределенном и пугающем, но отныне я не сомневался в правильности сделанного выбора. И по-другому уже быть не может…

В комнате без окон стояло множество столов и стульев, сдвинутых друг к другу; Аристарх сделал несколько шагов, потом повернулся к нам. Он кашлянул, и мы с Сефизой поневоле вышли из молчаливого ступора, отвели глаза друг от друга и посмотрели на нашего спутника.

– Собрание скоро начнется, – объявил тот. – Будьте так любезны, заходите, не заставляйте остальных ждать…

В следующую секунду я оказался в нашей реальности. В Соборе царила ночная тишина. Я по-прежнему сидел на полу, ощущал под собой мягкий ковер, а главное, чувствовал пальцы Сефизы, переплетенные с моими.

Бесподобное ощущение.

Нежное. Жизненно важное.

И я страстно желал крепче сжать пальцы девушки, ответить на ее, наверняка неосознанное, пожатие.