– Я понимаю, что вышло с девочками. Но что вы сделали со мной и Горацием? Мы никогда не прикасались к пацану. Мы пили воду из бутылок. Мы вообще ничего не делали плохого.

Каллиопа – Беззаботный Кит краснеет – на её бирюзовом лице появляются два безупречных кружочка пурпурного цвета.

– Мы вас съели, – говорит она застенчиво.

Из личного киноархива Персиваля Альфреда Анка

[МЭРИ ПЕЛЛАМ в чёрном гимнастическом купальнике и чулках – её ключицы и лопатки движутся под кожей изящно, словно лебединые кости, – наносит макияж, глядя в позолоченное зеркало. СЕВЕРИН АНК наблюдает за мачехой, глаза с расширенными тёмными зрачками подмечают каждый штрих подводки.]

СЕВЕРИН

Я не хочу, чтобы ты уходила.

[ПЕРСИВАЛЬ АНК устанавливает камеру, Клару, на туалетный столик, разрисованный синими лошадками. Он появляется в кадре и целует СЕВЕРИН в лоб, прежде чем присесть и усадить её себе на бедро.]

ПЕРСИВАЛЬ

Мама с папой должны поехать на репетицию. Она будет Изидой в «Золотом осле» – думаю, для девочки твоего возраста чуточку рискованное кино, однако ты сможешь его посмотреть, когда тебе будет… ну, допустим, восемь. Там есть осёл; он тебя рассмешит. Мама появится в конце и спасёт положение. Разве это не чудесно? У неё будет красивая высокая корона с гадюкой и охапки роз в руках. [пауза] Гадюка – ядовитая змея. Но очень священная.

СЕВЕРИН

Я не хочу, чтобы ты уходила!

МЭРИ

Можешь поехать с нами, если хочешь, дорогая. Ты от души повеселилась на репетиции «Великого ограбления поезда».

СЕВЕРИН

Я ела конфеты и каталась на поезде. Но там было темно. В этом…

ПЕРСИВАЛЬ

В павильоне звукозаписи, Ринни. [Его глаза блестят. Он прижимает большой палец к маленькому подбородку дочери.] Репетиция – это просто тренировка, мой драгоценный домовёнок. Мама должна тренироваться быть одновременно египтянкой и богиней, а делать две эти вещи разом очень трудно! Всё равно что одновременно потирать собственную макушку и похлопывать себя по животу. Павильона звукозаписи совсем не надо бояться, малыш. Просто представь себе, что Репетиция начинается с заглавной буквы. Репетиция – это как планета, куда мы с мамой отправляемся, вроде Земли или Марса. Это тёмная, прохладная планета, где много огней, людей, игрушек, поездов и конфет, и когда ты туда попадаешь, то становишься кем-то другим, и забавно разговариваешь, и немного танцуешь, и всё говоришь и делаешь трижды, потому что таков закон. У каждой планеты всегда есть свои забавные законы, верно?

СЕВЕРИН

Да. Ненавижу это.

ПЕРСИВАЛЬ

Ну так вот, на Репетиции закон такой: ты можешь плакать, только если папа так велит, или петь песенку, если папа так велит, а также падать и получать синяки и шишки, только если папа скажет, что это надо сделать весьма трагически, как было с Эвридикой, когда её укусил змей. Помнишь Эвридику?

СЕВЕРИН

Она дала мне поносить свою шляпу.

МЭРИ

И когда папа сказал «Снято!», Эвридика встала и пошла пить кофе, не так ли? [СЕВЕРИН неуверенно кивает.] С ней всё было в полном порядке! Ну что такое, мы сегодня всё время про змей разговариваем, да? Выше нос, котёнок! Нам пора в Египет!

Грайи

Расшифровка отчётного интервью Эразмо Сент-Джона, состоявшегося в 1946 г.; собственность «Оксблад Филмз», все права защищены. Для просмотра требуется разрешение службы безопасности.

ЦИТЕРА БРАСС: Сессия четвёртая, день третий. Думаю, это последняя сессия. Что вы чувствуете по этому поводу, мистер Сент-Джон?

ЭРАЗМО: Вот и хорошо.

ЦИТЕРА: Мне понравилось с вами разговаривать.

ЭРАЗМО: Тогда вы не в своём уме. В этом нет ничего, что способно понравиться. Всего лишь поедание пепла.

ЦИТЕРА: Кто проверил состояние Марианны после того, как связь с Арло прервалась?

ЭРАЗМО: Северин и я. Ринни заботилась обо всех, кто ей это позволял.

ЦИТЕРА: И каким было состояние мисс Альфрик?

ЭРАЗМО: Она умерла. Превратилась в длинные, жилистые побеги папоротника, споры и грязь, и какие-то истлевшие штуки, похожие на листья. Она не сбежала. Штырь из её колена – памятка о том разе, когда она в последний раз попыталась прокатиться на Санчо Пансе, – лежал посреди мерзости. Крови не было. Просто… мерзость.

ЦИТЕРА: У вас есть какие-нибудь мысли по поводу вектора инфекции? Северин и Марианна обе касались Анхиса, но ни с ребёнком, ни с Анк не случилось таких катастрофических событий. Вообще-то, Северин была с ним в контакте гораздо чаще, чем Альфрик.

ЭРАЗМО: Откуда мне знать? Поговорите с Реттой.