Читаем Сибилла полностью

Мы не уверены, что смогли бы примириться с таким сюжетом у любого, пусть даже весьма талантливого автора. По-видимому, вообще недопустимо вторгаться (как это происходит здесь) в семейную жизнь поэта и его родственников и извлекать беллетристический материал из событий столь недавних и столь горестных; более того — не только покушаться самым безжалостным образом на знаменитых покойников, но и придавать им — на потеху публике — достаточно узнаваемые черты живых людей. Мы питаем отвращение к сочинительству такого рода <…>, и лишь немногие сомневаются, что еще слишком рано создавать три тома из несчастий Байрона или же ненормальных особенностей и ранней гибели Шелли.

Боюсь, необходимо признать, что «Венишия» — почти самый слабый из романов лорда Биконсфилда, и тот интерес, который он представляет, является главным образом биографическим. Роман этот — настолько близкая копия реальности, что фабула его кажется рыхлой и неуклюжей, а последовательность событий — странной <…>, однако биограф спасает романиста.

[В романе] искусно вычерчены образы Байрона и Шелли, но мотив героики их общественного служения подчинен здесь идеализированной картине их семейных отношений. Реабилитацию обоих поэтов в среде великосветских читателей Дизраэли начал именно с той стороны, где, как ему казалось, был один из источников неуважения к их памяти, но он затушевал при этом весь смысл их идейной борьбы с английским обществом и, в сущности, не достиг цели. Реабилитации не получилось, вернее — она оказалась невозможной.